Она вдруг рассмеялась:
— Господи, какая чушь!
— Да?
— Ну подумай сам: если люди не властны над чувствами, какой смысл предупреждать, что не надо чего-то там чувствовать⁈
Семен пожимает плечами:
— Лучше все же сказать. Ну хорошо. Ты хочешь спросить еще о чем-то?
— Да, — она отставляет бокал. Щеки у Карины розовеют от выпитого, она смелеет:
— Кто та девушка? Помнишь, утром она пришла, когда я ночевала тут?
— Кто та девушка?
— Ты сказал про нее какую-то чушь… рабыня? Кхм… объясни мне. У таких как ты нет понятия верности, как нет эмоций? Вы спите с кем хотите? И почему ты назвал ее рабыней?
Семен наполнил её бокал снова.
— Мы понимаем, что верность важна для людей. Я отказал в сексе женщине, которая пришла ко мне на другую ночь после того, как ты ночевала тут.
Её глаза лезут на лоб:
— И часто к тебе приходят женщины⁈
— Не часто, — он понимает свою оплошность. Как же трудно с людьми!
— Ко мне приходила бывшая любовница, мы давно расстались. Она попала в беду, просила помощи, потом предложила свое тело и я ей отказал. А по поводу Ра… пусть она сама расскажет кто она и почему тут. Хорошо?
— Ну пускай сама расскажет, — Карина разводит руками, — Только когда я ее увижу?
— Ра! Ра, иди сюда!
— Что⁈ — шипит Карина. — Она здесь⁈
Некоторое время Семен смотрит на нее — чем она опять недовольна? Но тут уж ничего не поделать.
— Да, она часто бывает тут. Почти всегда, хоть у неё есть и своё жильё.
— Вы звали, господин?
— Нам нужно поговорить, Ра.
— Господин, простите меня за этот бокал! Я закажу такой же вместо разбитого! — она встает на колени, смиренно сложив руки в замок.
— Ответь на все вопросы этой девушки.
— Хорошо, господин.
Карина, тем временем округлила глаза, разглядывая коленопреклоненную Ра:
— Что за долбаный БДСМ⁈ Вы извращенцы, да⁈
Потом она видимо вспоминает о том, как они сюда шли и желание убежать отходит на второй план перед любопытством. Она вздыхает.
— Как тебя зовут, девушка?
— Ра, госпожа.
— Не называй меня госпожой!
— Как прикажете, госпожа.
— Как твое имя? Настоящее имя?
— Мое настоящее имя — Ра, госпожа, я ведь уже сказала. Ра, как рабыня господина. Это самое настоящее мое имя, госпожа.
— Да что это такое⁈ Рабыня⁈ Послушай, девочка, ты не рабыня, ты можешь уйти отсюда, никто тебя не удержит.
Ра смотрит на нее огромными, удивленными глазами, потом в них появляется испуг, который растет все больше. Карина видит это и продолжает ее убеждать:
— Ты можешь уйти навсегда и он не причинит тебе боли!
— О, господин! Что же я сделала… За что вы гоните меня⁈
Она всхлипывает, закрыв лицо руками, потом ползет к его ногам. Карина ошеломленно смотрит на это.
Семен гладит Ра по волосам, усмехается:
— Не волнуйся. Все хорошо. Ты ни в чем не провинилась и я не гоню тебя. Эта девушка хочет узнать кто ты и почему ты тут, вот и всё.
Ра робко поднимает голову, вытирает слезы:
— Так вы не гоните меня?
— Нет, я же сказал.
— Хорошо, господин.
Затем она поворачивает голову к Карине и говорит почти свысока:
— Я остаюсь ради искупления.
— Так не будет толку, — вздыхает Семен. — Так вам не понять друг друга. Ра, расскажи все с начала. Как мы встретились и почему ты тут осталась. С самого начала, не спеша.
— Ах, это! Хорошо, господин. Если говорить с начала, я родилась в семье не очень добрых людей и меня мало воспитывали, а от природы моей душе было не дано различать добро от зла, как некоторым. И я связалась с дурной компанией. Мы были подростками, не хотели учиться, хотели удовольствий и быть значительными и известными. Чтобы нам все поклонялись. Ради удовольствия мы делали разные вещи. Сначала не очень плохие: жгли почтовые ящики, кидали из окна пакеты с водой. Это приносило нам радость. Конечно нас ругали, но по-настоящему никто нас не наказал ни разу. Потом мы побили мальчика в нашей школе. Он никому не рассказал и нам понравилось.
— Ра, расскажи, что именно вам понравилось? — спрашивает Семен.
— Ну, он ничего не мог, а мы были сильнее. Могли делать все, что нам хочется. Имели над ним власть. Он никому не сказал — он нас боялся. Потом мы ловили его еще несколько раз. Дальше рассказывать, господин?
— Без подробностей.
— Однажды мы нашли щенка…
— О господи! — простонала Карина.
— Только не нужно подробностей, Ра.
— Хорошо, господин. Без подробностей — щенок умер.
— А кого вы нашли потом? — вкрадчиво спрашивает Семен.
— Одинокую старушку. Она сама нас впустила в дом. Она жила одна и никто к ней не приходил несколько дней. Мы делали… всякое. Потом она умерла. Мы подожгли дом и ушли.
— Го-осподи… — шепчет Карина.
— Они подожгли дом и сбежали, а меня нашел ее внук, — сказал Семен. — Он хотел справедливости. Его бабушку будто растерзали звери. Многие догадывались, кто приложил руку, но доказательств не было и им было по тринадцать лет. Молодые зверята, которым не место среди людей. Он пришел и попросил помощи. Я предложил пройти обычную процедуру. Это делается так: я нахожу виновных и предлагаю раскаяться. Если они соглашаются, то становятся неподсудны. Если же нет…
— То есть, они скажут: ах, мы убили человека, нам так жаль и все⁈ Они уже не виновны⁈
