Чистые сердцем полностью

– Да… Нет. Здесь была записка.

– Какая записка?

– Насчет змеи. Время кормления.

– Тебе нужны напоминания?

– Нет. Это было… для кое-кого другого. Кто кормил его, когда меня не было.

– Кто?

– Приятель.

– У тебя есть приятель? Как его зовут?

– Я не обязан тебе отвечать.

– Нет, обязан. Если ты мне не ответишь, я могу проверить насчет него, вдруг ты все это выдумал? Вдруг у тебя здесь была приклеена страница из газеты… с фотографией Дэвида Ангуса?

– Ну, это не так.

Натан повернулся и сделал два широких шага к мусорному ведру с педалью, крышка которого наполовину съехала набок. Педаль не работала. Он, разумеется, не собирался трогать это руками, но крышка легко поддалась, когда он поддел ее носком своего ботинка.

– Вытряхни его, а? Не очень-то у тебя здесь чисто.

– Вытряхни его сам. Что ты хочешь? Тебе нужен ордер на обыск.

– Чтобы проверить дно твоего вонючего мусорного ведра? Сомневаюсь.

– Если хочешь смотреть на мой мусор – смотри. Я с места не сдвинусь.

– Я так полагаю, что просить у тебя пару резиновых перчаток будет потерей времени?

– Точно.

– Газета?

– Под раковиной.

Натану понадобилось три минуты, чтобы расстелить на полу единственную газету, которую он смог найти – древний номер «Рэйсинг Пост», а точнее раздел с собачьими бегами, – и вывалить на нее содержимое ведра. Слипшаяся масса из яичной скорлупы, волос, чайных пакетиков и грязных опилок, которые, видимо, до этого лежали в аквариуме со змеей, представляла собой один влажный комок. Но здесь не было газеты, даже ее кусочков. Не было постера с Дэвидом Ангусом.

– Ладно, – сказал Натан. – Пока что.

– Куда ты идешь?

– Подышать свежим воздухом.

– Ты не можешь вот так все оставить.

Натан ухмыльнулся, развернулся к нему спиной и быстро вышел из дома. Воздух Дульчи никогда не казался слаще.

Только пара женщин осталась стоять неподалеку, в нескольких ярдах от дома, и они о чем-то шептались между собой. Патрульная машина была все еще припаркована у тротуара. Натан нагнулся и всунулся в окно.

– Они вернутся через минуту после того, как вы уедете.

Полицейский только пожал плечами.

– Он снова позвонит.

– Мы примем его вызов, если он это сделает. Нашел что-нибудь на него?

Была очередь Натана пожимать плечами. Когда он шел к своей машине, одна из женщин обернулась на него.

– Вон этот зарвавшийся мелкий придурок Натан Коутс. Удивлена, что ты теперь кажешь здесь свой нос, мы же теперь для тебя второй сорт.

Брось, сказал Натан себе. Не обращай внимания.

– Доброе утро, Мишель, – сказал он, прежде чем захлопнуть за собой дверь и рвануть прочь из района Дульчи на самой большой скорости.

Я голодный. У вас есть для меня что-нибудь поесть? Вы должны дать мне что-нибудь поесть.

И еще я немного хочу пить.

Мне не нравится это место. Здесь очень холодно.

Вы еще здесь?

Я хочу увидеть свою маму.

Мы можем уже поехать домой, пожалуйста? Я никому ничего не скажу, если вы меня оставите, я могу просто дойти до своего дома. Я очень быстро хожу.

Я настоящий ходок. Все так говорят. Я хороший игрок.

Куда вы ушли?

Вы меня слышите?

Я не хочу оставаться здесь. Здесь холодно. Здесь ужасно.

Теперь я очень хочу пить. И есть. Я совсем ничего не ел. Почему вы мне ничего не дали?

Вы собираетесь убить меня?

Я не говорил ничего плохого. Если сказал, то прошу прощения за то, что я сказал.

Я ничего не делал. Я ничего такого не сделал.

Я правда не знаю, почему вы привезли меня сюда.

Я правда не понимаю.

Я просто хочу к маме, сейчас.

Я хочу, чтобы тут кто-нибудь был.

Я был бы даже не против, если бы здесь были вы. Вы мне не нравитесь, но мне не нравится быть здесь одному.

Я был бы даже не против, если бы здесь была собака.

Или крыса.

Тут очень холодно.

Я не против темноты. Тут очень темно, но я не против. Я не боюсь темноты. Не очень боюсь.

Я хочу домой, пожалуйста.

Я не плачу и не кричу, правда же?