Они так же молча снова расселись по машинам и принялись ждать. Через некоторое время к подъезду подкатил бронированный лимузин. Вышел Сергей, ему открыли дверь. Он сел на заднее сидение. Кортеж тронулся.
Доехали до улицы Восстания, из каждой машины вышло по человеку. Один открыл заднюю дверь лимузина и все двинулись вверх.
Где-то минут через сорок дверь нотариальной конторы открылась. Первым оттуда выбежал человечек с взъерошенными волосами и сбитым, видимо от волнения галстукам. Он кинулся к припаркованному у крыльца «БМВ». Машина сорвалась с места и быстро исчезла из вида. Затем, оттуда вышел Сергей в сопровождении четырех, внушительно выглядящих охранников. Они двинулись в сторону машин. Один приостановился, открыл дверь. Настороженно озираясь подождал, пока Сергей сядет. Кортеж двинулся. Последний охранник вскочил в уже двинувшийся автомобиль сопровождения. Все было четко и слажено.
Застыв на заднем сидении «Мерседеса» Сергей Витальевич задумался. План представлялся ему все более и более рискованным. Да, ему удалось реализовать первую часть. Но, теперь! Теперь он имел пять «Геленвагенов» груженых братвой и… В это завещание вряд ли кто-то поверит. Даже если у него будут бумаги о том, что его бумаги, его завещание – не фальшивка; даже если все это будет завизировано лучшими европейскими аудиторскими фирмам – челюсть у Седого отвиснет по любому. Со всеми вытекающими… Разборками. А что поняли эти пятеро? У них надо полагать собственные интересы. И интересы эти, с его собственными, могут, вполне возможно, ничего общего и не иметь… Или иметь, но не с его… Здесь мысли начинали буксовать; Сергей приоткрыл окно. «Правильно Борисыча убрал, с двумя бы точно не справился, – закончил он свою мысль. Взял трубку, набрал номер. Прождал пару гудков. Сняли.
– Что? – послышался на том конце грубый, недовольный даже, кажется, тем, что он всем недоволен, голос. – Говорите.
– Седой, я еду. Встретимся в офисе, через два часа. – На том конце поперхнулись.
– Чё? Чё ты базлаешь баклан? Назовись!
– Сергей Викторович Каноян; Георгий Петрович, я считаю необходимым незамедлительно встретиться. – Интонации были уверенно констатирующими. Безо всякого заискивания, более того – с нотками превосходства.
– Ты чё чувак? Обурел? Сегодня в семь, в «Узбккистане». Приеду, там и перетрем, – и хотел было же повесить трубку, но вдруг услышал невероятное:
– Седой, ну что ты паришь? Какой «Узбекистан»? Ты что в узбеки заделался? Это не модно теперь. Давай через два часа. У нас, в офисе «Русского леса».
– В офисе? У… Нас? – казалось Георгий Петрович потерял дар речи.
– Или у тебя может быть дела поважнее найдутся, чем с партнером встретиться? У которого, кстати, на десять процентов больше в деле, даже если Борисыча долю поровну распилить… что ещё вопрос… – на другом конце молчали – Ну, тогда конечно…
– Хорошо. Через два часа. – Седой умел быстро собираться и перестраивать план действий. Он молча повесил трубку.
Звонок застал Седого в момент посадки в машину. Он уже занес было ногу, когда зазвенел телефон. Этим и объяснялась, впрочем, обычная для него, но теперь особенно грубая манера изъясняться. Из-за звонка пришлось не сесть. Теперь в дополнение ко всему он разговаривал в окружении охранников: один держал открытой дверь автомобиля. Второй готовился сесть рядом. Третий застыл у ворот. Со времени, как убили их второго компаньона, прошел всего день. Они перенесли главный вход на другую сторону здания – ставить под охрану недостроенные многоэтажки было на гране разумного – но опасения все равно оставались. Поняв, что шеф не садится, еще двое охранников вышли из машин и настороженно вращая головами, начали фланировать вокруг. Естественно, атмосфера не располагала.
Закончив разговор, Седой, словно не веря своим ушам, постоял еще некоторое время на месте, затем, сказав что-то в полголоса начальнику охраны, пошел назад к крыльцу.
Через пять минут он уже снова сидел в своем кабинете. Напротив расположился Глеб Абрамович Бердяев. Глаза у него горели. Казалось его, и без того беспокойная натура, нашла, наконец, себе достойное применение. Дело того стоило.
– Это подстава. – Уверенно вещал он. Это несомненно какая-то афера! Это неслыханно.
Георгий Петрович сидел в своем кресле и молчал. Ситуация была новой и непривычной. Он был из тех тертых авторитетов, которые еще помнили старые времена. Времена, когда всё только начиналось и он, будучи уже серьезным человеком парковал свой старый «Жигуленок» у парадного своего дома и с утра подолгу разогревал мотор. Потом ехал, аккуратно соблюдая дорожные знаки где-то с пол часа в гараж. Там он выводил из него джип «Чероки», называемый братками «Индеец» из-за его воинственного и заядлого оперения и, оставив в гараже жигуль, ехал в офис, где появление его вызывало немереную ажиотацию. В первую очередь, конечно, из-за автомобиля. Короче, Георгий Петрович Чеганов по кличке Седой был обстоятельным и серьезным бизнесменом; прошедшим долгий и мучительный путь к тому, кем он стал.
