«Простите, мастер, я не хотел вас обидеть. Я благодарен вам за помощь, но всё-таки мне будет спокойнее, если я всё увижу своими глазами. И ещё Лаэта слишком дорога мне, чтобы я мог оставить её в трудный момент. – Подумав, он добавил: - Надеюсь, я не доставлю лишних хлопот своим присутствием».
Получилось слишком уж покаянно, но Хьёлас всё равно отправил сообщение. Ему больше не хотелось ничего обсуждать – просто остаться наедине с собой, отдохнуть и забыть этот разговор, полный нелепых подозрений и предостережений.
«Я всё понимаю, Хьёлас, и ни на что не обижаюсь. Привози Лаэту через три дня к полудню в Небесные Пирамиды. Скажи ей, что это просто экскурсия».
Несмотря на все недоразумения, к назначенному дню Хьёлас успокоился настолько, что даже хотел отправить мастеру Нэвиктусу нунция и попросить его разобраться со всем самому. Но в итоге решил не морочить наставнику голову и следовать плану, который они с грехом пополам согласовали: отпросился с уроков, слетал домой за Лаэтой, и, изо всех сил изображая непринуждённость, доставил её в Небесные Пирамиды, прямо к кабинету мастера Риусава Леййиса.
Мастер Нэвиктус уже поджидал их в коридоре у широкого окна. Он пожал Хьёласу руку и приветливо потрепал Лаэту по волосам.
- Привет, красавица! Ну как, нравится тебе школа?
Лаэта смущённо заулыбалась и с уверенностью кивнула.
- Это хорошо, - заметил мастер Нэвиктус. – Потому что когда ты подрастёшь, тебе тут придётся проводить довольно много времени.
- Скорее бы уже, - мечтательно сказала она.
Наставник улыбнулся шире.
- Успеешь, всё успеешь. А пока что хочешь кое с кем познакомиться?
Лаэта не ответила, лишь озадаченно хлопала глазами. Может, будь на её месте какая-нибудь боле общительная девочка, она бы уже со всех ног неслась вперёд, но Лаэта лишь крепче сжала руку Хьёласа.
- Смотри, - мастер Нэвиктус указал ей на дверь, на которую был нанесён необычный узор – схематичное изображение пирамид, а между ними – контур странной птицы. Раньше рисунка точно не было, и Хьёлас сразу понял, что это: отметка для дальнейшей работы с памятью. Чтобы всё получилось, Лаэта не должна запомнить, что сейчас произойдёт.
Они постучали и вошли в кабинет. Первое, что бросилось Хьёласу в глаза – обстановка в кабинете существенно отличалась от того, что он наблюдал летом. Нет, некоторые детали были всё теми же, но запах, цветовая гамма, расположение мебели… Причём цвета были изменены очевидной иллюзией – теперь-то Хьёлас знал, как их распознавать – но вот зачем?
Внутри их ожидали трое мастеров. Сам Риусав Леййис сидел за рабочим столом, расслабленно откинувшись на спинку кресла. Ещё один незнакомый мужчина в почтенном возрасте рассматривал книжную полку, и, едва увидел вошедших, повернул голову так, чтобы все могли рассмотреть маркер на шее слева – официальное предупреждение для всех, что перед ними мастер-менталист. Хьёлас почувствовал себя неловко, хотя и заранее знал, кого встретит. Кого он не ожидал увидеть, так это мастера Тороша, непринуждённо восседавшего в одном из кресел у дальней стены. Он, вроде как, работал только с ребятами в старшей школе, какое он может иметь отношение к блокировке ядра девочки-дошкольницы? Но Хьёлас решил не задавать лишних вопросов, он знал, что всё должно выглядеть естественно и неофициально.
Однако Лаэта явно засмущалась от такого количества незнакомых людей, крепче сжала руку Хьёласа и даже попыталась спрятаться за него.
- Какой приятный сюрприз, - тепло улыбаясь, сказал мастер Леййис, поднимаясь из-за стола и выходя им навстречу. – Мастер Нэвиктус, рад вас видеть! Привели новое поколение приобщаться к знаниям?
- Рановато ещё приобщаться, - непринуждённо отозвался мастер Нэвиктус, отвечая на рукопожатие. – Просто осматриваемся. Вряд ли у девочки будет ещё один шанс посмотреть на мальчуковый сектор, а леди у нас очень любознательная.
- Правда? – мягко переспросил мастер Леййис, но бросил лишь короткий взгляд на Лаэту, а потом переключил внимание на Хьёласа: - Как поживаешь, парень? Идёт учёба?
- Не просто «идёт», - вмешался мастер Торош, - он один из лучших на потоке.
Это было явным преувеличением, но Хьёлас понимал, зачем нужны эти разговоры ни о чём, и подыгрывал по мере сил. И пусть он и сам чувствовал себя не слишком уверенно, но всё же постарался вести себя раскованно и даже прошёлся по кабинету, рассматривая необычные обереги, развешанные по стенам. А потом до него дошло, что поможет Лаэте почувствовать себя свободнее, и подошёл к цветам на подоконнике и начал выспрашивать у мастера название сортов. Постепенно Лаэта тоже подключилась к разговору и даже отпустила его руку, чтобы потрогать шершавый листок лацельтии кучерявой, и с восторгом хихикнула, когда цветок «запел» тоненьким нежным голосом. После этого сестра вообще забыла, что кроме неё в комнате кто-то есть, она забавлялась с растениями, изучая, как они реагируют на прикосновения, составляя неуклюжую полифонию. Хьёлас и сам заинтересовался – он никогда прежде не видел таких цветов, хотя и читал о них.
