– Вот бы не подумал… – Эммет уселся на коричневого цвета диван. Удивительно, но он чувствовал себя здесь намного раскованнее. Совершенно в своей стихии, среди моделей, строительных чертежей и легкого химического запаха блоков пенополистирола. – Во время сессий или сдачи проектов я, можно сказать, здесь живу. Мой рекорд – три дня. Я совсем не выходил из здания. Хоуп уже подумала, что я от страха не сдать экзамен бежал из страны. Но потом она отыскала меня и принесла немного еды.
Я улыбнулась.
– Диван достался нам по наследству от старшекурсников. – Эммет похлопал по подлокотнику.
Я решилась и села рядом с ним. Все было как-то странно. Я чувствовала себя почти смущенной, а Эммет будто расцвел. Мы полностью поменялись ролями.
– К сожалению, у меня не получилось поработать над чертежами дальше, – сказал он, и в голосе послышались виноватые нотки.
– Может, тебе стоило меньше пить кленового сидра и ухлестывать за бессердечными женщинами? – Слова вылетели у меня так быстро, что я и подумать не успела.
– Может быть… – пробормотал Эммет. Что я себе позволяю?! Мне захотелось дать себе пощечину. – Я набросаю и отправлю тебе что-нибудь до воскресенья. В понедельник ведь первая презентация, верно?
Я кивнула.
– Или тебе нужно раньше с кем-нибудь из команды это согласовать?
– Нет-нет. После презентации я получу рекомендации, чтобы понимать, куда двигаться дальше.
– Отлично. Тогда мы сможем по ходу вносить корректировки.
– Я потороплюсь с набросками.
– Не напрягайся.
– У нас ведь сделка, – коротко сказал Эммет.
Именно так. Сделка. Ни больше ни меньше. Свою часть я выполнила. Теперь его очередь.
Бестактные вопросы вертелись у меня на языке. Что теперь между ним и Морган? Не хотелось ли ему вчера все-таки большего? Может, секс на одну ночь – именно то, что ему было нужно? В тихом омуте черти водятся, как говорится. Хотя какое мне до этого дело…
– Может, встретимся завтра по поводу дипломного проекта? Хорошо бы вместе провести анализ местности и подумать над архитектурным стилем нашего квартала. Боюсь, никому из нас еще не посчастливилось бывать в Париже.
Я напряглась.
Эммет не отводил от меня взгляда.
– Или все-таки ты…
– Можно сказать и так. – Я теребила рукав блузки. Не так много на свете тем, которые я стараюсь обходить, и эта – одна из них, терпеть не могу рассказывать о времени, проведенном в баснословно дорогой частной школе. Ведь это как нельзя лучше соответствует тому, что люди думают обо мне. Избалованный, единственный ребенок в семье, которому все достается на блюдечке. В том числе престижное образование в привилегированном интернате Европы.
– Ух ты! Расскажи мне
– Ага, мечта. Особенно если незадолго до окончания школы твои родители сплавляют тебя туда в интернат.
Глаза Эммета еще больше расширились.
– Ты училась там в школе? Эмбер, это так круто!
Я почувствовала, как вспыхнули щеки. Чего я стесняюсь? Какая мне разница, что подумает Эммет.
– И ты говоришь по-французски? Сто процентов! Я
– Немного, – скромно ответила я, вспоминая, как тяжело мне давались сложные спряжения и носовые звуки. В первые месяцы, когда у меня с трудом получалось изъясняться, я поняла и оценила, как замечательно прост английский язык.
– Класс! С ума сойти… – С обезоруживающей улыбкой Эммет не сводил с меня глаз. Он весь буквально светился. – Тогда тебе, скорее всего, знакомо место нашей воображаемой застройки? Как нам повезло, что ты в нашей группе! У нас есть реальное преимущество!
Он был вправе так думать. Но даже если бы я и знала Париж как свои пять пальцев, то пользы от меня не больше, чем от сморщенного суфле на десерт. Эммет скоро это поймет.
– Давай после обеда займемся изучением местности по фотографиям? У тебя наверняка полно фоток Парижа, так ведь? И ты знаешь, как устроены жилые кварталы. Какие социальные слои нам рассматривать, какие географические сложности стоит учесть. Ох, это будет здорово, Эмбер.
– Посмотрим, чем я могу помочь, – сказала я. Нужно было срочно сбить эту волну эйфории.
– Отлично! – Эммет немного откинулся назад и положил согнутый локоть на спинку дивана.
Я громко рассмеялась:
– Это Франция, Сорикетти. Не Шотландия.
– Да какая разница. Европа она и есть Европа.
– Тем самым ты лишний раз подтверждаешь их стереотип о нас.
– Да, извини, но как можно разобраться во всех этих маленьких странах, собранных в одну кучу? Хотя это должно быть очень занимательно. За то время, которое нам требуется, чтобы попасть в соседнюю провинцию, там можно проехать пять стран с разными национальными языками. Обалдеть! – Мечтательный взгляд Эммета был направлен куда-то мимо, на стену позади меня. – Я бы очень хотел побывать в Европе.
