Это для мальчика. Все для него. Генри, должно быть, хотел устроить ему вечеринку по возвращении домой.
День рождения для его сына.
— Что случилось? — спрашивает Генри. Непонятно, к кому именно.
— Я... — начинаю я. — Он... он просто...
— Все в порядке, — Генри уносит мальчика в ванную. Я слышу, как он успокаивает его. — Теперь все будет хорошо. Я здесь...
Я остаюсь в гостиной одна с телом Лиззи. Густая красная пена медленно вытекает из ее рта, даже через дыру в затылке, где хвост краба пронзил ее.
Здесь так жарко. Так душно. Воздух обволакивает горло, легкие.
Где Генри? Что они делают в ванной? Что так долго?
Я замечаю на полу неуклюжий Nokia, наполовину заваленный пакетом от Burger King.
Мой телефон. Генри все это время держал его.
Я ползу по полу, чтобы достать его. Поднимаю. Почему у Генри был мой телефон? Палец уже готов набрать номер, но я колеблюсь. Кому я позвоню? Кто остался? Кто мне теперь поможет?
Просто покончи с этим. Полиция поймет. Ты должна попытаться объяснить. Это не моя вина. Ни в чем не моя вина. Это Генри. Это мальчик. Это...
Скайлер
9...
Скайлер сделал это.
1...
Это был...
Генри выхватывает телефон у меня из рук, не дав закончить набор, и засовывает его в карман.
Генри просто...
Он...
Теперь Генри опускается передо мной на колени, его впалые глаза смотрят на меня. Он что-то говорит, но я не слышу слов. Сначала. Я все еще смотрю на красную пену, сочащуюся из шеи Лиззи и впитывающуюся в ковер.
— Мэди? Мэди.
Генри щелкает пальцами перед моим лицом. Я слежу за звуком, возвращаясь к его лицу.
— Все в порядке, — говорит он. — Я разберусь с этим, но нам нужно держать это в тайне. Никаких звонков, ясно? Пока я не пойму, что делать дальше.
Я не понимаю.
— Мэди, слушай, — говорит он. — Это был несчастный случай, ясно? Просто несчастный случай.
— Несчастный случай, — повторяю я. Позволяю слову застрять в голове.
Несчастный случай. Скайлер мог просто бежать к Лиззи, чтобы обнять ее. Или поиграть.
Прямо перед тем, как пронзить ее затылок.
Пропороть.
Несчастный случай. Вот и все. Просто несчастный случай, случай, случай. Лиззи кричала. Угрожала мне. — Он защищал меня, — слышу я собственный голос. — Он просто хотел защитить свою...
Все, чего он хотел, — чтобы эта женщина перестала кричать на меня, а я ударила его. Причинила боль.
Несчастный случай.
— Я... я не хотела...
— Я разберусь с этим, — говорит Генри. — Тебе просто нужно остаться здесь со Скайлером, пока я...
— Нет, нет, неееет... — Как только стон вырывается из меня, я не могу его остановить. Я не хочу оставаться наедине с этим... этим... чем бы он ни был. Пожалуйста, не оставляй меня с ним. Пожалуйста, я не могу, я НЕ МОГУ—
Генри хватает меня за плечи и трясет так сильно, что шея чуть не ломается. — Слушай меня, Мэди. Слушай. Ты должна это сделать, ясно? Если ты не сделаешь, они заберут его...
Пожалуйста, не оставляй меня, пожалуйста, не оставляй меня, пожалуйста—
— Мы пройдем через это, — говорит он. — Ты просто должна довериться мне, ясно?
— Куда ты идешь?
— К реке. — Он не заканчивает мысль. Не нужно. — Тебе просто нужно остаться здесь и присматривать за Скайлером, а потом мы решим, что...
— Это не Скайлер. — Не знаю, откуда берется этот внезапный прилив сил, но я выдавливаю слова, выпуская их из головы, где они копились с прошлой ночи.
— Да, это он, — без колебаний отвечает Генри. — Мы вернули его.
— Ты... ты похитил его.
Он замирает. Смотрит на меня. Выглядит раненым. — Ты правда так думаешь?
— Это... не твой сын.
— Он наш. Все это время мы... все наши мысли, наши чувства — они вернули его.
Я отступаю. — Что ты пытаешься мне сказать?
Генри вздыхает. — Правду.
— Что он такое? — Я чувствую, что вот-вот развалюсь на миллион кусочков. — Что такое Скайлер?
Генри смотрит мне в глаза и не отводит взгляд.