Мысленно обругав тех, кто придумал подобные условия, нажал кнопку "Да", в полной мере познавая ощущения поочерёдно ломаемых костей собственного тела. Действие конфетки с обезболивающим составом, кстати, полностью не прекратилось и болевого шока со смертельным исходом не возникло. И всё равно она была ужасной.
Периодически боль отступала на несколько мгновений, и тогда мне хватало сил наложить на себя заклинание исцеления, восстанавливая свалившееся в красную зону здоровье. Боль тоже стало легче терпеть, она перестала полностью отключать сознание, привык, наверное. Кость за костью мой организм постепенно изменялся. Хуже всего стало, когда модернизация дошла до черепа и зубов. Опять я провалился в беспамятство, едва успев вынырнуть из него и подлечиться.
Поднявшись из лужи собственной крови, внимательно осмотрел своё тело, стряхнув с него пыль, оставшуюся от разрушившегося скелета демона. Вот так, "неразрушимость" в описании предмета совсем не гарантирует для него этой самой неразрушимости. Порезы на теле полностью затянулись, шрамов тоже не должно остаться. Ритуальный рисунок сейчас проявлялся лишь немногим более светлой кожей. Результаты модернизации радовали. Кстати, с "каменными костями" эффект стойкости наверняка был бы значительно слабее. А внутренний накопитель маны — вообще чудо. Судя по ощущениям, в качестве него теперь выступает весь скелет. Вернув на место одежду, двинулся дальше.
"Ох… б…" — тихо матерился вслух, попав под проливной каменный "дождик" в лабиринте следующего зала. Стоять на месте нельзя — банально завалит и никакой щит не поможет, быстро продвигаться вперёд тоже — периодически вылезающие мертвяки закрывали проход. Действительно без высокой стойкости к физическим повреждениям здесь не выжить. Разбиваю черепушки очередной парочке зомбяков и врываюсь в длинный коридор, замечая в конце него одинокий белеющий скелет главного Босса данжа.
Здоровья хватит едва ли на один чих и его быстро почти обнулённой магией не восстановить, но я не собираюсь отступать. В Лича летит "Рывок маны", заставляя его пошатнуться, а за ним несусь я, прикладывая по голой черепушке топором. Два сильных удара и кости скелета со звонким стуком рассыпаются по каменному полу.
