Данно очень хотел, чтобы это всё оказалось затянувшимся ночным кошмаром. Чтобы как в старые добрые времена зазвонил стационарный телефон и в трубке прозвучал голос вездесущего Альбина Коула. Чтобы он спросил: «Хэй, дружище, ты в порядке? Я слышал, ты вчера опять немного перебрал…»
Такое часто случалось с тех самых пор, как он согласился стать вместилищем для Императора. Если бы только Данно мог представить, чем это обернется!
Инспектор схватился за голову, сжав пальцами остатки седеющих волос.
— Ничего не исправить, ничего не исправить, — причитал он, раскачиваясь вперед-назад. — Какое же ты ничтожество, Ю! Ничтожество…
Вдруг он замолчал и выпрямился. Замер, вглядываясь в синие сумерки широко распахнутыми глазами. Крупные слезы застыли на ресницах нижних век. Данно медленно сомкнул веки и две слезы одна за другой разбились о кисти рук, которые тут же сжались в кулаки.
Данно встал и в два шага оказался у небольшого стеллажа, что находился у противоположной стены. Отодвинул в сторону несколько книг наугад с полки, что была на уровне глаз, нащупал на шершавой холодной стене выступ и с усилием нажал. Послышался щелчок замкового механизма, а через секунду отворилась потайная дверца. Данно протянул руку в открывшийся сейф и достал револьвер. Привычным движением откинул барабан, подушечками пальцев проверил патроны, поставил барабан на место. Закрыл сейф, положил револьвер на полку и вышел из гостиной.
Вернулся Данно минут через пятнадцать, по пути включив свет. Он умылся, привел волосы в порядок и переоделся в свой парадный черный костюм-тройку, но без галстука. Рядом с револьвером лежал смартфон. Данно включил фронтальную камеру и примостил трубку на полку ниже так, чтобы кресло напротив попадало в объектив. Поглядев на экран, Данно решил, что стоит подвинуть кресло ближе.
Наконец, когда результат его удовлетворил, он поправил воротник белоснежной рубашки, одернул манжеты, включил запись и сел в кресло. Несколько секунд Данно неловко мялся, не зная, с чего начать, потом тяжело вздохнул и заговорил:
— Это началось намного раньше, чем можно подумать. Я был влюбленным юнцом, но, как водится, моя возлюбленная предпочла другого. Моего друга. Конечно, я ему ужасно завидовал. У Энрике получалось всё, за что бы он ни брался. И когда Альбин представил нам свою младшую сестру, Энрике ничего не стоило завоевать ее внимание. Я ревновал и завидовал, но молчал. Я ведь не мог желать зла близкому другу. Не мог, но всё же…
Все случилось лет десять-двенадцать спустя после того, как Иола вышла за Валенса. У них уже подрастал сын, но чувства мои к тому времени ничуть не изменились. Всё бы так и продолжалось, если бы не один случай. Мы с Валенсом обожали рыскать по пещерам. Альбин эту нашу страсть не разделял, но ему приходилось выслушивать наши восторги в каком-нибудь баре после работы.
Однажды, Энрике позвал меня обследовать пещеры, которые обнаружил на старых картах. Он подыскивал место, чтобы построить летний лагерь для трудных подростков. В тех пещерах мы разминулись, я набрёл на странную галерею: восемь цилиндрических столбов окружали один, что располагался в самом центре. Меня охватила такая радость! Ведь я нашел что-то удивительное! Я! Я, а не Эрике!
Об этой галерее я ему ничего не сказал тогда, и вернулся через пару дней один. Эти столбы… они манили к себе. Тяжело было противиться их зову, и я не противился. Я просто коснулся центрального столба, и мгновение спустя в моей голове зазвучал голос. Он называл себя императором. Обещал показать мне, на что я способен на самом деле. Раскрыть весь мой потенциал. Получить всё, что я хочу. И я сдался. С того момента Ю Данно перестал существовать как личность.
Нет, какое-то время я еще мог принимать решения и сопротивляться. Но в конце концов Император задвинул меня в дальний угол, и всё, что мне оставалось, это наблюдать. Он пытался освободить остальных, но выяснилось, что просто так подселиться к кому-то они не могут. Так они потеряли одного из восьми генералов, как называл их Император. Пришлось найти некромантов-подпольщиков — в те времена это не было проблемой, Старый город кишел разными бандами. Они, эти некроманты, посовещались еще с кем-то из числа экзорцистов и придумали одурманивать будущего носителя, вынимать его душу, после чего заменять на генерала. А чтобы неупокоенная душа случайно не привлекла внимание, ее полагалось носить в специальном контейнере в течение сорока дней, то есть пока связь с телом не оборвется.
Но возникла новая проблема: через сорок дней тела становились непригодными для генералов. Оказалось, что для нормальной жизни им нужно было найти тела с идентичными токами. Проще говоря, нужно было отыскать еще восемь древних. До сегодняшнего утра найти кого-то еще так и не удалось.
Наверное, всё могло бы свестись к поиску мне подобных, но Энрике поделился со мной, вернее, он думал, что говорит со мной, в общем, он рассказал, что уже много лет наблюдает за группой детей, которые с большой вероятностью могут оказаться потомками мифических черных волков.
