Выйдя из библиотеки, они не ожидали никого встретить и когда в сумраке взметнулись белые руки, Гай не раздумывая схватил тонкие запястья, но тут же ослабил хватку, услышав слезную мольбу:
— Пожалуйста! Я хочу увидеть сына! — дрожащим голосом негромко заговорила Иола.
— Простите, — Гай отпустил ее руки и сделал шаг назад. — Простите, но я ничего не могу сделать. Он и меня не помнит. Он совсем ничего не помнит. И с этим ничего не сделать. Простите.
— Нам нужно идти, — осторожно вклинился Илай. — Мы нашли что-то очень важное для следствия. Вы можете отречься от меня, — внезапно для самого себя добавил он, — но я хочу, чтобы все это прекратилось. И если вы не хотите помогать, пожалуйста, хотя бы не мешайте.
Илай скорее угадал, чем почувствовал, что его товарищ по несчастью смотрит на него весьма удивленно. Он и сам понимал, что сейчас произошло что-то неправильное, что это было даже несколько жестоко с его стороны. Но в момент, когда Иола просила о встрече с сыном, у шамана как будто все рухнуло внутри. Он в один момент возненавидел этого несчастного, которого даже не знал, и тут же устыдился сам себя. Но в то же время Илай понял, что все его пламенные речи о желании защитить Дом детей Северных склонов ничего не значат. На самом деле он всегда хотел признания той, что заменила ему мать, но так и не смогла впустить его в свое сердце. Он вдруг ясно увидел, что был просто достаточно сильным и талантливым шаманом, который подходит на роль будущего главы, и только. Даже заменой сына не был.
Раньше Илай не позволял себе так думать. То ли надеялся, что все изменится, то ли боялся признать правду. А теперь? А теперь, когда было ясно, что он слишком важен для будущего Дома детей Северных склонов, молодой шаман не беспокоился о последствиях своеволия. И пока они с Гаем покидали мрачный особняк, он даже успел обозлиться на Иолу.
«Хороша же мать, — думал он, — вместо того, чтоб искать сына, взялась растить подходящего шамана».
Иола же тихо плакала, сползая по стене полутемного коридора.
— Ненавижу, — шептала она сквозь слезы, — ненавижу тебя, Альбин. Ненавижу.
В Университетской клинике стоял переполох: медсестра на посту категорически оказывалась пускать Киру и ее компаньонку в реанимацию к Эльзе. Ни уговоры, ни угрозы не помогали, и Кира требовала отвести ее хотя бы к заведующему. В этот момент мимо них прошел молодой мужчина в униформе санитара. И все бы ничего, но в нос ударил удушливый запах гнилой древесины и сырости, точь-в-точь как тогда в квартире Гая. Кира проследила за ним взглядом. Он шел к дверям с табличкой «Отделение интенсивной терапии» за спиной медсестры. Дальше детектив действовала без промедления: сунула в руку шаманке глиняную куколку и бросилась за подозрительным типом, сбивая с ног несговорчивую медсестру.
— Ни с места! Полиция! — заорала Кира, когда лже-санитар уже взялся за ручку двери.
На секунду он замер, ошарашенный таким поворотом событий, но в следующее мгновение бросился в обратную сторону, плечом отбросив Киру в стену.
— Ах ты гад, — выплюнула она, согнувшись от боли. На короткий миг она бросила взгляд на шаманку. Та прикрывала собой шокированную медсестру.
— Справлюсь, — ответила шаманка на ее немой вопрос.
И Кира рванула вслед за успевшим скрыться типом.
— Кому говорю, стой! — крикнула она, завидев беглеца. Куда бы он ни свернул, удушливый запах вел Киру точно вслед. Они неслись по белым больничным коридорам. Он — сбивая всё и всех на своем пути, она — стараясь обогнуть или перемахнуть через препятствия.
Гад отлично ориентировался в здании. В какой-то момент он скрылся за дверью пожарного выхода, и Кира пыталась ее открыть, но пару раз с усилием толкнув створку и не добившись результата, выругалась и бросилась спускаться на нижний этаж по лестнице. Там она торопливо, но стараясь никого не задевать, отыскала пожарный выход на той же стороне. Беглец в этот момент несся по больничному двору.
— Стой! Хуже будет! — не сдавалась она.
Пропуская ступени, Кира мчалась вниз. Спрыгнув на землю, она подхватила удачно подвернувшийся камень размером с кулак и запустила в стремительно удаляющегося лже-санитара. Снаряд угодил точно в затылок. Мужчина вздрогнул и запнулся скорее от неожиданности, но этого хватило: он не смог удержать равновесие и упал. Однако же Кира все равно не успела догнать его. Быстро придя в себя, он рванул к высокой ограде из чугунных прутьев и принялся резво через нее перелезать. Кира отставала буквально на полметра, и когда она уже была на той стороне и готовилась к броску, послышался визг колес, а следом раздался выстрел. Увлеченная целью, она не заметила припаркованный неподалеку автомобиль.
Левое плечо прожгло насквозь. Кира зарычала скорее от досады, чем от боли, и схватилась за раненную руку.
Когда в клинику примчались старшие коллеги, Кира уже с перевязанным плечом сторожила двери реанимации. Шаманке каким-то образом удалось убедить медиков пропустить ее к Эльзе, и Кира не собиралась никуда уходить, пока не узнает, как все прошло.
