— Дело же не в свободе. А в страхе, что у тебя внутри. Ты рассталась с парнем, который был для тебя всем, и теперь как выброшенный котенок, которого уже успели покусать. Ты боишься открыться миру. Знаешь, я на работе журнал интересный нашла, и там статья, про Бьенсе была. Типа она стеснялась петь, поэтому придумала себе альтер эго. И когда у неё стало получаться, она стала самой собой, той Бьенсе, которую знают миллионы. Страх ушёл.
— Мне сцена ни к чему, — пожала плечами. Хотя идея вполне здравая. Но ещё надо подумать. — Просто хочу выбраться из панциря.
— Научись говорить «да» своим хотелкам.
— Вот оно, — хлопнул а я по столу, так что Лера захлопала глазами, а мне стало неловко за несдержанность.
Но она улыбнулась и сделала то же самое, и теперь подскочила я.
— Отлично. И раз уж ты высказала свое первое желание, приютить меня, я соглашусь, — с довольной миной подмигнула та, облокотившись на стул.
Пока Лера на радостях вызвала такси и поехала за вещами, я зашла в комнату, из которой, в моих планах, хотелось сделать детскую. Господи, как же молода для всего этого. Какие неправильные планы были. Нет, это человек был не тот, а мои мысли вполне себе очевидны.
Но чувствую себя старухой, пустившей жизнь на самотёк и не ощущающей её как таковой. Слишком идеальную жизнь себе придумывал, об неё и споткнулась.
Правила придумали, чтобы их нарушать.
Вернулась к себе. Первым делом мне захотелось стащить с кровати надоевший матрас, который Толик когда-то испачкал соусом, решив побаловать меня(себя) ужином перед телевизором. Пятно въелось, и мы просто перевернули матрас.
А он тяжёлый, я еле доперла этого бегемота до входной двери. Как вдруг позвонили.
Внутри все сжалось. Я привстала на носочки, заглядывая через матрас в дверной глазок. Лера. Надо бы дать ей второй комплект ключей.
— Оу, это что? — протиснулась она с двумя баулами.
— Решила избавиться от хлама, раз на то пошло. Поможешь?
— А ты новый уже купила? — я озадачилась. — Это только с мужиками так работает, что сначала выкидываем ненужного, потом ищем нового. И то, бывают исключения.
Пришлось тащить матрас назад в спальню. Обратно легче.
Лерка достала из сумки бутылку вина.
— За новую жизнь? — продырявив пробку вилкой, налила в бокалы. Я кивнула.
И понеслось.
В ту ночь (а ведь гениальные идеи приходят именно ночью) мы перебрали весь мой гардероб, оставив на вешалка один приличный костюм и ужасно классное платье, которое я ни разу ак и не надела. Потому что, по словам Толика, я в нем как шл… Зарегистрировались на сайте знакомств. Но, вместо того чтобы мило флиртовать с поклонниками, смеялись, придирчиво выискивая в собеседниках недостатки, устроив им настоящий допрос.
Лера согласилась меня покрасить, откромсав косую чёлку.
Утром, проснувшись и собираясь на занятия в институт, я ахнула, увидев свое отражение.
— Ну и ничего страшного, — мой голос звучал менее уверенно, чем я хотела. Зато Лера вполне была довольна своей работой, сулила мне мостик из сломанных швейных позвонков. — Я же хотела перемен.
— Вечером в одно место забежим, если я не забуду. Шмот тебе новый купим. У тебя кстати с деньгами как? — Лера даже сонная выглядит прекрасно и уверенной в себе. А вот я…
— Есть. Немного.
— А ты чего на работу не устроишься? У тебя какой курс? К этому времени уже все студенты себе занятие находят. И учёба остаётся так, для корочки, — зажевав кусок батона с маслом, лихо влила в себя чай.
— Да мне и так комфортно жилось, — я потрогала пальцами пряди, которые решила немного подкрутить у лица. Хотя я вообще сперва хотела собрать все в хвост, с непривычки. Слишком дерзко. Моя подруга добавила яркости моим каштановыми волосам за счёт красных прядей. Смотрится эффектно, и даже если Толик караулит меня у подъезда, с такой причёской точно не узнает.
— Я поспрашиваю у своих что да как, — заботливо предложила Лера свою помощь в поиске работы.
Оделась, взяла вещи, оставила Лерке комплект ключей.
— Эрика, — назвала я свое отражение, в честь героини одной из книг любимой писательницы. Ну прям вылитая бунтарка-недотепа.
— Чего бормочешь? — выглянула Лера из ванной с щёткой в зубах.
— Опаздываю говорю, — махнула и выбежала из квартиры.
Во дворе было пусто, и слежки я за собой не обнаружила.
Счастливая добралась до универа, приветствуя всех направо и налево, хотя не уверена что кто-то из тех людей отвечал мне в ответ. Нет, я всегда здороваюсь с преподавателями или параллелью, а так же охранником и уборщицей. Но сегодня я ощущала себя иначе.
И уже на первой паре я поняла почему.
На меня смотрели. Меня обсуждали, и судя по закатываю глаз на мои дружеские помахивания ладошкой, не в хорошем свете.
Я даже как-то сникла, хорошее настроение исчезло, я стала прежней Верой Семеновой внутри.
Поняла простую вещь — когда тебе хорошо, не всех это интересует и не всем это нравится. Тебе придумают самые гнилые причины и оправдания твоим переменам.