– Твоя жизнь и я не имею никакого права вмешиваться. Мы сейчас гуляем по гуще леса не для того, чтобы обсуждать личную жизнь друг друга, а для того, чтобы любоваться красотами леса и наслышаться пения птиц, которое так поднимают настроение, – с улыбкой сказала Мэри, оглядываясь по сторонам и восхищаясь красотами леса.
– Ты права. Зачем нам говорить о таких вещах, которые не имеют почву. Будет лучше, если мы будем наслаждаться тем, что нас в реальности окружает – «ни с чем несравнимая лесная красота Краснодарского края».
Так как было всего лишь середина весны, а в основном все травы целебные собирают в конце лета, Миша и Мэри собрали всего лишь грибы. Миша водил ее по тем местам, которые ему казалось, были самыми красивыми.
– А вот здесь, Мэри, мы в детстве играли с ребятами, – указав на маленький холм, сказал Миша, – за холмом обычно были наши враги, а с другой стороны свой привал устраивали мы. Часто случалось, что враги нападали на нас без предупреждения, – он рассмеялся, и казалось, старик попал в прошлое.
Глаза старика заиграли с какой-то новой силой, и он с улыбкой начал жадно оглядываться по сторонам.
– Как в случае со второй мировой? – Спросила с досадой в голосе Мэри.
– Да, как в случае со второй мировой. Мы устраивали настоящую бойню своими деревянными винтовками и мечами. Эх, были же времена, которые так быстро пробежали, – с досадой сказал старик.
– Жизнь тем и интересна, что имеет свойство меняться. Она бы была совсем скучной и серой, если бы в ней все время повторялись одни и те же события. Так и в твоем случае, Миша.
– Но мое детство заставляет меня мысленно возвращаться к нему часто.
– Я тебя понимаю. И мне бы снова хотелось оказаться в свое детстве. Но все в этой жизни приходящее и уходящее. Мы не можем застрять в том времени, где нам было хорошо, тем более это бы было даже не интересно.
– Согласен. Только иногда ностальгия окутывает меня, и начинаю скучать по прошедшему времени.
– Это же пещеры, правда? – Взглянув на скалы, спросила Мэри.
– Пещеры, – грустно ответил Миша, – в какой-то степени ненавистные мне пещеры.
– Я не понимаю. В каком смысле они ненавистные пещеры и почему?
Взглянув снова на пещеры, которые виднелись высоко на скалах, Миша сказал неохотно:
– Они отняли мое детство. Нет, не только мне, но и многим ребятам.
– Как это отняли? – С любопытством спросила Мэри.
– Я неправильно, может, выразился. То есть пещеры не при чем, но…война…
– Война? Ах, да, война. Теперь я тебя понимаю. Но причем тут пещеры? Только не говори, что Гитлера привлекли наши пещеры. Чего только не придумают. Сочиняют разные легенды и небылицы, а потом иди и пойми, правда, что говорят или нет.
– Нет, же, Мэри. Ты меня неправильно поняла.
– Тогда что?
– Ты как-то говорила, что проработала в библиотеке, – сказал Миша.
– Да, большую часть жизни отдала книгам – лучшим друзьям человека, – с теплотой ответила Мэри, вспомнив свои книги, которых сотнями держала в руках.
– Вспомни, сколько авиабомб было сброшено на Сочи? – Нахмурив брови, спросил Миша.
– Триста восемь. А что? – Удивленно ответила Мэри и посмотрела на Мишу.
– Ты так четко помнишь? – Удивился старик.
– А что там помнить? Ничего сложного, вот и запомнилось. Тем более Сочи – родной город. Как же не знать свою историю.
– Похвально.
– Сейчас нам это зачем обсуждать? Где лес и где авиабомбы…
– Так вот, Мэри, об этом никто и нигде не написал. Во время войны я на своих плечах носил больных стариков и детей с друзьями, и прятали их в пещере.
– Не может быть.
– Почему же не может? Правда, кроме меня это никто не может подтвердить. Ребята, с которыми я спасал раненных и детей, давно нет в живых. Нам тогда с ребятами не было и по двенадцать лет, а мы, не боясь ничего, под пулями и бомбами, все же спасали мирных жителей. Да, давно тех ребят в живых нет, Мэри, давно. Моих друзей давно нет, – с досадой снова повторил Миша, – только я до сих пор жив и являюсь живым свидетелем того времени. Я остался последним живущим из того времени ребят на земле. У какого-то народа есть пословица и там говорится следующее: « Бог всегда забирает к себе в первую очередь лучших из людей». Да, Бог не спешит забирать худших из людей. Богу тоже нужны хорошие люди, – с грустной улыбкой добавил он, – не совсем оптимистично, понимаю, но, на мой взгляд, дело именно так и обстоит, как в той пословице, во всяком случае, в моей жизненной практике все именно так и обстоит. Вот, видать, я и был самым худшим из тех ребят, раз Создатель оставил меня самым последним из них.
– Миша, что за разговоры… представляю, если ты такой замечательный человек, то какими были твои друзья, которых больше нет в живых.
– Да, Мэри. За все время нашего знакомства ты помнишь, чтобы я преувеличивал и выставлял человека в лучшем или худшем свете, чем тот заслуживал?
– Ни разу, – уверенно ответила Мэри.
