– Хочу всё тут отключить, – пояснила Полина. – Прислужники ведь ненастоящие, они как роботы, значит, их можно отключить. Вот это силовое поле тоже можно отключить. Я не верю в магию и колдовство. Всему должно быть объяснение.
– Ты с ума сошла! – воскликнула Муська. – Мы же ничего этого точно не знаем! А если ты отключишь и всё разрушишь? Если вот эти люди ещё живы только потому, что их что-то подпитывает?
– Я всё разрушу?.. Я всё разрушу… – задумчиво пробормотала Полина. – А ты знаешь, именно об этом мы сегодня говорили со Стёпкой.
– О чём? – не поняла Муська.
– Нужно всё разрушить… Полное исчезновение потребности… – как в бреду бормотала Полина. – И это не их что-то подпитывает, а они! Они обеспечивают город энергией и едой. Так и написано в контракте.
– Стой! Полина! Это ведь всего лишь догадки. А если ты всё только испортишь? – Муська испуганно таращилась на неё. – Если тут вообще всё сломается? Полностью! Не останется ведь ничего!
– И контракты расторгнутся! Не бойся, мы всё правильно делаем, – улыбнулась Полина и одобрительно приобняла Муську за плечи.
Вместе они дошли до тумбы, на которой светился шар, выпуская зелёные молнии.
– Где-то должен быть выключатель, – бормотала Полина, торопливо осматривая шар и тумбу. Но ничего такого не нашлось. Даже проводов, которые можно было бы вырвать.
– Пойдём отсюда! – торопила Муська. – Ребятам нужна наша помощь! Мы зря теряем время! Их, наверное, уже всех схватили!
– Да где же выключатель?.. – бормотала Полина. Она уже начала заметно нервничать, слова Муськи заставляли её сомневаться в своей правоте. А вдруг она и правда всё только испортит? Вдруг из-за неё пропадут её друзья?
– Ты нас всех погубишь! – в отчаянии крикнула Муська, пытаясь схватить Полину за руки.
Полина отмахнулась и со всей силы толкнула тяжёлую тумбу. Та покачнулась, словно в замедленной съёмке, и встала на место. Полина снова толкнула, а потом ещё.
– Ну же! Помоги мне! – крикнула она Муське, но та в оторопелом ужасе смотрела на подругу и не могла пошевелиться, только что-то бормотала одними губами.
Полина ещё раз толкнула тумбу, та крутанулась на месте, накренилась и рухнула. По залу раздался грохот. Стеклянный шар со звоном разбился вдребезги, выпустив на волю зелёные молнии. Они сразу почувствовали свободу, вырвались, заметались, заискрили, прямо на глазах набирая силу и мощь. Во всех машинах разом включилась сигнализация, они тревожно заорали, завыли, завизжали, запиликали на разные голоса. Полина присела, в ужасе закрыв голову руками. Что же она наделала? А молнии громили всё вокруг, носились по залу, раскалывали каменные стены, с грохотом тыкались в потолок. Столько лет их усмирял стеклянный шар, не давая разгуляться в полную силу.
Когда начали крушиться стены и потолок рассыпался в мелкую пыль, когда вокруг неё начали падать тела, Полина уже плохо помнила. Единственная мысль стучала в мозгу, что она всё испортила… Хотела спасти, а только всех погубила…
Это место теперь совсем не походило на то, каким оно было вчера. Ни домов, ни ровных дорожек и аккуратно подстриженных деревьев. Зато повсюду машины и люди. Полина и Стёпка таращились вокруг, они уже совсем отвыкли от такого скопления машин. Да и людей тоже. А это были настоящие люди, с эмоциями, с разговорами, с улыбками. Все собирались в дорогу, бурно обсуждали внезапное расторжение всех договоров и катастрофу на фабрике. Но зато радовались, что, к счастью, все остались живы.
– Зоя! Белка! – Полина помахала рукой.
– Что за прозвище такое странное? – удивилась мама. – А имя у этой Белки есть?
Полина растерянно улыбнулась, потому что имени она не знала, а «Белка» уже воспринималось как вполне себе нормальное имя.
– Мам, мы попрощаемся с друзьями? – спросила Полина, и они со Стёпкой поспешили к толпе ребят.
– Ну, как вы? Как родители? – Полина посмотрела на друзей.
– Они ничего не помнят, – пожала плечами Белка. – Думают, что всё это время жили обычной жизнью, ходили на работу, а я их не слушалась, с друзьями бегала. Но ведь мы-то с вами знаем, где они были на самом деле. Как я могла их слушаться, если я их даже не видела? А из-за консервов вообще забыла, что у меня есть родители. Ну, вы же знаете…
– Мои тоже ничего не помнят, – закивал Головастик. – Говорят, что в последнее время я стал неуправляемый, всё нужно по десять раз повторять, и всё равно не сделаю.
– Наверное, не стоит их переубеждать, – сказала Полина. – Если бы мне сказали, что я бессознательно висела в каком-то облаке в то время, когда думала, что живу своей обычной жизнью, я бы не поверила. А взрослые тем более в такое не поверят.
