От удивления, что он все-таки нырнул, Уэст остолбенела и не сразу последовала за ним. Увидела, как луч его фонаря скользит по скале под водой. Едва не запаниковала, когда тот начал угасать, удаляясь от нее. И начала стремительно действовать. Зажала ладонью рот и нос Стоуна, сама набрала побольше воздуха в грудь. И кинулась головой вперед, не закрывая глаз, вслед за лучом.
Под водой ей в уши ударил грохот, она почти утратила ориентацию и видела перед собой только одно – свет фонарика Билли. У нее не получилось нырнуть достаточно глубоко, и она оцарапала голову и спину об уступ. Почувствовала, что и тело мужчины тоже ударилось о него. Но она продолжала плыть, борясь с течением, толкающим ее в обратном направлении. Потом вокруг стало темно – это пришла новая волна. Уэст почувствовала, что застряла на одном месте, не в силах преодолеть ее. Запаниковала, не зная, куда двигаться дальше. Но фонарик Билли продолжал вести ее вперед. Она устремилась к нему, чувствуя, как заканчивается воздух в легких. Попыталась приказать себе успокоиться. Она может проплыть олимпийский бассейн туда-обратно под водой – отец позаботился об этом. Но тут другое дело. Преодолеть течение оказалось трудней, чем ей представлялось. Она ударилась головой о стену и едва не вскрикнула, выпустив несколько пузырьков воздуха. А потом свет фонарика Билли пропал. Жжение в легких усилило панику, которую Джессика уже не могла контролировать, но тут напор течения ослаб. Наверное, волны улеглись и Билли выплыл наружу, так что и она сейчас сможет вынырнуть. Уэст сделала последний отчаянный бросок, продолжая волочить Стоуна за собой. И вырвалась на поверхность. Всего на секунду. Успела вдохнуть, прежде чем волна накатилась на нее. Но ей хватило воздуха, чтобы вновь ощутить в себе жизнь, и она погребла изо всех сил. Потолка пещеры больше не было над головой. Уэст увидела луну, низко висящую в небе, – равнодушную к драме, разыгравшейся в ее свете.
– Билли! – крикнула она, оттолкнувшись от утеса и озираясь по сторонам. Ее ноги касались дна, под ними был твердый песок. Уэст оглянулась назад в сторону пещеры. После мрака внутри ночь казалась чуть ли не ясным днем. Тут же ей в глаза бросились огни – на утесе и в море. Лодки, поняла она. Над головой раздался стрекот. Вертолет.
Больше всего огней было на маленьком пляже у подножия утеса. Там суетились люди – она поняла это по мельканию фонарей. Уэст начала грести к ним, и тут тело Стоуна содрогнулось в спазме. Надо было скорей вытаскивать его из воды. Уэст убрала ладонь с его рта и носа. Продолжила грести вперед, молясь про себя, чтобы с пляжа их заметили. Попыталась крикнуть, но вода залилась ей в рот. Плечо мучительно болело, но она продолжала удерживать Стоуна на поверхности.
– Сюда!
На нее упал луч прожектора. В воде возник чей-то силуэт, а мгновение спустя Уэст почувствовала руки Роджерса, подхватившие ее. Оперлась на них. Она слишком устала, чтобы слышать, что он говорит. Слишком устала, чтобы понимать.
– Джесс, ты в порядке? Эй, мне нужна помощь!
Невероятным усилием она заставила себя кивнуть.
– Боже! – воскликнул Роджерс. Он уже тащил ее к пляжу, другие спешили на помощь. – Мы поймали ее. Эмили Франклин. Когда она неслась в машине по пляжу. Начала отстреливаться, когда ее попытались остановить. Но мы ее поймали.
Уэст кивнула еще раз.
– Он жив? – Роджерс перехватил у нее тело Стоуна и сам поволок его. До пляжа оставалось совсем немного.
– Вроде бы да, – ответила Уэст, обводя пляж глазами. Мужчины с фонариками, потрясенные лица. – Где мальчик? Где Билли?!
Роджерс помедлил секунду. И покачал головой.
– Его здесь нет.
Уэст остановилась.
– Что? Он не выныривал передо мной? Он же плыл первым!
Роджерс снова помедлил, и Уэст издала стон, словно раненый зверь. Развернулась, в отчаянии окинула взглядом бушующий черный океан. Поняла, что до сих пор держит тело Джейми Стоуна. Подтолкнула его к Роджерсу.
– Держи. Вытащи его на берег. А я вернусь за мальчиком.
– Нет. Слишком поздно… – начал Роджерс.
Но Джессика, не слыша его, уже нырнула обратно в черную воду и поплыла ко входу в пещеру.
Когда Уэст пришла в сознание, она лежала в отдельной палате с повязкой на руке, подвешенной к раме сверху. Рядом тихонько попискивал кардиограф, снимавший сердечный ритм. На стене беззвучно работал телевизор. За окном она увидела город, но не поняла какой. В кресле возле ее кровати спал Роджерс – он придвинул к себе пластиковый стул и положил на него ноги, прикрытые голубым пледом.
– Эй! – позвала Уэст, но голос у нее был такой слабый, что Роджерс не проснулся. Секунду она думала, не крикнуть ли погромче, но горло ужасно болело. К тому же Джессика не знала, сколько времени он провел на ногах. Не знала, сколько сама лежит тут. И как сюда попала. Пусть поспит, подумала она. Поискала пульт от телевизора в надежде, что там найдет какой-нибудь ответ. Пульт лежал на тумбочке возле постели. Уэст попробовала прибавить звук, но, похоже, батарейки сели. Поэтому она бросила пультом в Роджерса. Пульт ударил его в грудь и свалился на пол.
