Что случилось этим летом полностью

– Что ты. Я в нее просто влюбилась.

Он кашлянул.

– Ты готова?

– Готова к чему?

– К тому, чтобы я пригласил тебя на ужин.

Ее сердце внезапно часто забилось. Запнулось. Забилось снова.

– Ты решил, что тебе нужно построить беседку, чтобы убедить меня?

– Нет. Я, э-э… – Он бросил тряпку и сунул руки в карманы. – Мне нужно было чем-то занять себя, пока я набирался смелости спросить.

О.

О нет. Это тревожное маленькое волнение в ее животе сошло с ума, разлетевшись в дюжине направлений и врезавшись в важные внутренние органы. Ей нужно было что-то с этим сделать, прежде чем… что? Она не знала, как вести себя с серьезными мужчинами. Мужчинами, которые ухаживают за ней, а не просто обнимают женщин.

– Вау. Я… я не знаю, что сказать. Кроме того, что… Я обязательно поужинаю с тобой, Брендан. С удовольствием.

Он отвел взгляд, твердо кивнул, уголок его рта тронула улыбка.

– Хорошо.

– Но… – Она с трудом сглотнула, когда эти пронзительные зеленые глаза снова метнулись в ее сторону. – Хорошо. Ты мне нравишься, Брендан. Но я просто хочу быть откровенной и сказать, ты же знаешь… что я вернусь в Лос-Анджелес. Одна из причин, по которой мы ремонтируем бар, – мы хотим произвести впечатление на Дэниела, нашего отчима. Мы надеемся, что проявление изобретательности станет нашим ранним билетом домой. – Она улыбнулась. – Итак, мы оба знаем, что этот ужин – обычный. Даже дружеский. Верно? Мы оба это знаем. – Она нервно рассмеялась, заправляя прядь волос в конский хвост. – Я просто констатирую очевидное.

Его щека дернулась.

– Конечно.

Пайпер поджала губы.

– Итак… мы с этим согласны.

Секунду он рассматривал ее.

– Послушай, мы оба знаем, что я люблю, чтобы все в жизни было разложено по полочкам, но… с тобой это не работает. Давай просто посмотрим, что будет дальше.

От паники у нее перехватило горло.

– Но…

Он просто пошел собирать инструменты.

– Я заеду за тобой завтра вечером. В семь.

Не дожидаясь ответа, он повернулся и вошел в бар, направляясь к выходу.

Ей потребовалось мгновение, чтобы внутренне фыркнуть и двинуться следом.

– Но, Брендан…

Секунду назад он держал ящик с инструментами, а в следующую секунду ящик оказался на земле, а Брендан поворачивался. Двигаясь по инерции, Пайпер столкнулась с ним, рука капитана обхватила ее поясницу, приподняв ровно настолько, чтобы пальцы ног едва касались бетона. А затем он наклонил ее назад на этой стальной руке и прижался губами к губам в потрясающем поцелуе. Это было похоже на постер из фильма, в котором большой мускулистый главный герой склоняется над падающей в обморок женственной леди.

Что?

О чем она думает? Ее мозг был явно растерян – и это было неудивительно. Губы, нашедшие ее губы, были одновременно нежными и голодными. Это был благоговейный, но сдержанный голод, с которым она никогда не сталкивалась. Как только их губы соединились и замерли, ее пальцы впились в вырез его рубашки, и эта рука на пояснице приподняла ее, прижимая к телу, и, о боже, он просто пожирал ее. Он раздвинул ей губы, его огрубевшие пальцы запутались в ее волосах, а язык проник глубоко, вызывая вспышки в эрогенных зонах.

И он застонал.

Этот огромный, грубый задира застонал, как будто никогда в жизни не пробовал ничего вкуснее и хотел получить еще. Он оторвался от нее, чтобы глотнуть воздуха, а затем вернулся к прерванному поцелую, его язык безжалостно терзал ее, пока она не схватила его за воротник, приподнимаясь, ее рот был таким же нетерпеливым, таким же алчным.

Господи, господи, господи.

Они собирались заняться сексом прямо здесь и сейчас. Это было единственное, к чему мог привести подобный поцелуй. И тогда он уже будет стонать по совершенно другой причине, а его крепкие бедра резко раздвинут ее ноги. Как они могли пробыть без этого бок о бок больше недели? С каждым движением его губ она сходила с ума…

Дверь в «Безымянный» открылась, впустив отдаленные звуки гавани.

– Ой! Извините… – смущенно сказала Ханна. – Эм, я просто… – Брендан прервал поцелуй, его дыхание стало хриплым, глаза блестели. Несколько долгих мгновений он смотрел на ее рот, а мозг Пайпер пытался играть в догонялки. Он наконец убрал руку с ее волос. Она чуть не заскулила: «Нет! Вернись!»

– Завтра вечером, – прохрипел он. – В семь.

Он не сводил глаз с Пайпер до последней возможной секунды, прежде чем исчезнуть за дверью. Тогда она, пошатываясь, зашла за стойку и открыла бутылку пива из сумки-холодильника. Слава богу, у них хватило предусмотрительности наполнить ее льдом. Пайпер сделала большой глоток, пытаясь обуздать возбуждение, но тщетно. Трусики стали влажными, соски болезненно затвердели, пальцы зудели от желания снова вцепиться в рубашку Брендана.

– Мне понадобится твоя помощь, Ханнс, – сказала она наконец. – Типа, серьезная помощь.

Сестра смотрела на нее широко раскрытыми глазами, впервые видя Пайпер в таком потрясении от мужчины.

– Помощь в чем?

– Напоминай мне: что бы ни было у меня с Бренданом, это временно.