Сначала они отправились в Вечерний Чертог, и от Бриенны не ускользнуло, как Джейме пожирает все вокруг взглядом с тех пор, как они припарковались. Владельцы замка постарались сохранить его аутентичность, поэтому от парковки до опускной решетки ворот пришлось пройтись по довольно крутому склону. Зато открывающийся с холма вид на скалы был великолепен, вдоль обеих сторон дороги росли немногочисленные деревья, а от раскинувшейся дальше водной глади появлялось ощущение какого-то волшебства.
– Гораздо лучше, чем в брошюрах, – заметил Джейме.
Для такого старого замка чертог хорошо сохранился, и, снова оказавшись здесь, на месте своей первой работы, Бриенна ощутила приступ ностальгии. Ей захотелось побежать в оружейную – узнать, там ли еще Гудвин, посмотреть, как отреагирует Джейме на мечи, доспехи и присущий таким местам дух истории.
Она повернулась к Джейме, но кто-то уже вышел им навстречу из офисов, расположенных справа во дворе.
– Мистер Ланнистер, спасибо, что приехали. Меня зовут Лоррейн, мы говорили по телефону, – поприветствовала его женщина, критически разглядывая его наряд. Сама она была одета в темный деловой костюм, и ужасная рубашка Джейме совершенно не сочеталась ни с чем вокруг, но ему и дела не было.
Он выпрямился и протянул Лоррейн руку, а его улыбка слегка потускнела, становясь деловой – такой, которую Бриенна помнила по их первой встрече в его офисе. Она вдруг вспомнила, что для Джейме это вовсе не приятный отпуск, хоть сейчас он и смахивал на туриста, – он приехал по работе. Касающейся ее свадьбы. Той самой, в необходимости которой она сомневалась все сильнее.
Настроение Бриенны испортилось; думать об этом сейчас ей совершенно не хотелось.
– Бриенна, хочешь пойти с нами, пока мы обсуждаем скатерти и выбор вин? – спросил Джейме, словно читая ее мысли. Он произнес это таким тоном, будто это была тяжелейшая повинность, отчего Бриенна слегка улыбнулась – Если хочешь – иди в оружейную, встретимся там. Мы отсюда не уйдем, пока я не увижу мечи.
Коротко кивнув, она ушла – ноги сами понесли ее по знакомой тропинке на западный двор и в оружейную. На земле стояли старомодные мишени и соломенное чучело, на которое Бриенна бросалась с турнирным мечом, когда работала тут и могла посещать занятия. Оружейная была открыта, и Бриенна вошла внутрь, чувствуя, как от прохлады встают дыбом волоски на руках. Из крошечного кабинета Гудвина – или его бывшего кабинета, имя на двери теперь было другое – появился совершенно ей не знакомый мужчина средних лет.
– Я искала Гудвина, – сказала она мужчине, который просто стоял и смотрел на нее. – Я Бриенна Тарт, я здесь когда-то работала.
– О, он в прошлом месяце ушел на пенсию. Думаю, он сейчас отдыхает в Браавосе, но к вашей свадьбе должен вернуться, – сказал мужчина, улыбаясь. – Вы ведь дочь Селвина, так, та, которая скоро выходит здесь замуж?
– Да, я его дочь, – подтвердила она, умолчав обо всем остальном. – Я просто думала, что… – она смутным жестом обвела оружейную, сама толком не зная, что тут хотела. Она-то думала поболтать с Гудвином, пока не придет Джейме, а потом они провели бы ему экскурсию.
– Конечно, оглядитесь. Передавайте от меня привет отцу, – мужчина вернулся в кабинет, оставляя Бриенну наедине с мечами и мыслями.
Она вошла внутрь, и запах, прохлада и освещение зала напомнили ей о временах, когда она была подростком и приходила сюда прятаться от одноклассников. Роэллу уволили, когда Бриенне было одиннадцать: отец пришел домой раньше и застал няньку отчитывающей ее за какую-то очередную провинность.
– Ты и без того самый уродливый и неуклюжий ребенок, которого я когда-либо видела, так теперь ты еще собираешься быть занудой и вести себя как мальчишка? В таком случае даже деньги твоего отца не помогут тебе выйти замуж, – говорила она тогда – ничего такого, что Бриенна не слышала бы раньше или что было бы неправдой. Отец пришел в ярость и уволил Роэллу на месте, а за последовавшей чередой нянек пристально следил – настолько пристально, насколько это удавалось одинокому работающему родителю. Ни одна из них не была настолько же жестока и ни одна не ненавидела ее так, как Роэлла, но и особой заботы они не проявляли. Они были к ней равнодушны и работали ради денег – именно это Роэлла всегда и предсказывала Бриенне.
В первый раз Бриенна оказалась в оружейной в четырнадцать лет, в тот день, когда один мальчишка из класса высмеял ее перед всеми, и все одноклассники ржали над ней.
Здесь, перед доспехами Синего Рыцаря, пытающуюся не расплакаться Бриенну и нашел Гудвин.
– А ты высокая, тебе бы подошел этот доспех, – с улыбкой сказал он Бриенне. Впервые о ее росте говорили как о чем-то хорошем, и Бриенна, едва сдерживающая слезы, потеряла дар речи. – Слышала о ней? Она была очень сильным рыцарем, помогла спасти мир во время Долгой Ночи.