— Ты же знаешь, что стоит только позвонить. Темпл всего лишь на северном конце города. Не так уж далеко.
— Знаю. Просто без тебя пусто.
Шон кивнул и оглядел кухню. В раковине лежала грязная посуда.
— Как бабушка с дедушкой?
— Хорошо. Бабушка еще спит. Вчера вечером она плохо себя чувствовала. Дедушка пошел к парикмахеру. Я скажу им, что ты заходил.
— Да, скажи. — Шон встал и подошел к раковине. Включил воду, взял губку и принялся мыть посуду. — Так ты нервничаешь по поводу сегодняшнего дня?
— А то.
— Я понял. Из-за чего нервничаешь? Ты будешь учиться с теми же детьми, которые ходили с тобой в среднюю школу. В коридорах будут все те же дети из нашего района. Ничего особенного.
Лиам отнес свою миску к раковине.
— Тебе легко говорить. Ты был популярным. У тебя была куча друзей.
— У тебя тоже.
— У меня горстка друзей, и я не популярный. Люди не знают меня так, как знали тебя. И если они знают меня, то это благодаря тебе.
— Это все еще не отвечает на мой вопрос, из-за чего ты нервничаешь.
Лиам прислонился к столешнице.
— Просто это… старшая школа. Что, если я не найду свой шкафчик? Или не смогу его открыть? Что, если я не найду свой класс или опоздаю, потому что потерялся? Что, если я войду не в тот класс? Это будет катастрофа.
Шон не удержался от смеха. Он поставил чистые тарелки в пластиковую сушилку на столешнице и насухо вытер раковину.
— Слушай, не стану врать. Подобное может произойти, но со стопроцентной уверенностью могу сказать, что всех остальных девятиклассников беспокоит то же самое. С тобой все будет в порядке. Какая вообще проблема в том, что ты потеряешься или не сможешь открыть шкафчик? К следующей неделе ты станешь профи.
— Надеюсь, ты прав.
— Я сам прожил эти четыре года. Я определенно прав. Верь мне.
Лиам обошел кухонный стол и взял свой рюкзак. Дойдя до коридора, он остановился.
— Не хочешь пройтись со мной до школы? — спросил он. — Я имею в виду, за компанию.
Шон сложил полотенце и повесил его на край раковины.
— А зачем, по-твоему, я здесь?
— Серьезно?
— Серьезно.
Без лишних слов братья вышли из дома бабушки с дедушкой на улицу, старший вел младшего, положив руку на плечо Лиама для дополнительной поддержки. Его скала. Его все.
Вечер тянулся бесконечно. Шон сидел на краю кровати, ожидая, пока за ним заедет Дон. Почти пора. Тело оцепенело, пока воспоминания о брате и их детстве просачивались в разум, который начали одолевать сомнения. Он задумался, пройдена ли точка невозврата. Может быть, еще не поздно изменить курс действий? Он может сдаться, спасти брата и покончить с этим безумием. Но реальность быстро прогнала подобные мысли: все идет как должно. И так было всегда. Теперь пути назад нет. И сегодняшняя ночь вернет все на свои места.
Рядом, завернувшись в простыни, лежала Ванесса. На лице и груди блестели капельки пота. Она выглядела удовлетворенной. Спокойной. Дрожащими руками Шон потянулся к пузырьку «Ксанакса» рядом с телефоном на тумбочке.
— Я смогу, — шептал он себе, закидывая в рот две таблетки и запивая их водой из стакана. — Я смогу.
Это было странное ощущение. Шон чувствовал, как его перегруженный и уставший разум разрушается. Он понимал, что события выходят из-под контроля, но не знал, как это остановить. Проститутки. Керри. Рокко. А теперь…
— Я смогу.
Ванесса спала. На мгновение не осталось ни смерти, ни убийств, ни беспокойства о планах на будущее. Только они двое в этой крошечной спальне.
На улице просигналила машина. Шон встал с кровати и подошел к окну.
— Кто там? — спросила Ванесса, открыв глаза и перевернувшись.
— Это Дон. Мы немного проедемся, поищем Лиама.
— В такое время?
— Я должен что-то делать. Сидеть целыми днями ничему не поможет.
— Будь осторожен.
— Буду.
Шон отвернулся от окна:
— Уходи через черный ход. Нельзя, чтобы тебя увидели выходящей из парадной двери.
— Я знаю.
Он вышел из спальни и выключил свет, пряча свою самую драгоценную тайну в темноте. Пора.
Казалось, весь мир уснул до следующего утра. Улицы Камдена опустели. Погрузились в темноту витрины магазинов, металлические ставни опущены, сигнализации включены, инвентарь убран под замок. В домах и квартирах больше не светятся точки окон. Почти все легли спать.
Шон и Дон бесцельно колесили по улицам в поисках Лиама, вглядывались в переулки, проверяли стоянки и автобусные станции и даже заехали на территорию океанариума. По дороге через мост оба пили кофе, но почти не разговаривали. По потрескавшимся и вспученным тротуарам спешили редкие припозднившиеся прохожие, опустив головы, натянув капюшоны, так что их было сложно рассмотреть. Найти Лиама в таком городе было практически невозможно. Но оба мужчины и так знали, что Лиама в Камдене нет. Все это был лишь отвлекающий маневр.
Дон повернул и медленно поехал по еще одной темной улице.
— Мне казалось, ты говорил, что я буду дома к полуночи.
— Да, вышло дольше, чем я думал. Извини.
— Нам не следует тут быть. Это не наша территория.
— Мы здесь не как копы. Мы здесь как члены семьи. Для семьи нет юрисдикции.
