— Но я все еще ничего не помню о той ночи.
— Не знаю, что сказать тебе по этому поводу. Может, наркотики?
— В моей крови ничего не обнаружили.
— Тогда не знаю.
Голос Лиама был едва ли громче шепота.
— Я пришел сюда, чтобы убедить тебя в своей невиновности. Полагаю, это будет легче, чем я думал.
Он показал Дону копию полицейского рапорта, сделанную в Лейквуде, и объяснил, как Герри Кейн нашла старую историю болезни Керри, которая и привела его туда. Он также объяснил, что произошло во время его разговора с Кики и Дедулей.
Мимо них пробежали несколько человек, и Дон понизил голос.
— Есть еще кое-что. Я еще раз просмотрел папку Кинана по этому делу, на случай если появились новые сведения. После Гуцио все сосредоточились на твоей поимке. О Керри даже не упоминают.
— С чего бы? Я — цель. Я — виновный. Я знаю, как это работает. Вы меня берете, проводите перед камерами, и средства массовой информации успокаиваются. До тех пор я — главная тема всех новостей. Мэру нужно покончить с этим как можно быстрее.
В проулок ворвался ветер. Дон посильнее закутался в плащ.
— Оказывается, несколько дней назад Тедди ходил на военно-морскую верфь и показал там фотографии узлов на удлинителе в «Тигре». Один называется узел Прусика, он закреплял провод вокруг трубы, на которой повесили Керри, а другой — скользящий узел, завязанный восьмеркой. Моряки сказали, что это технические узлы, в основном использующиеся в альпинизме и морском деле. Шон должен был их изучить, чтобы получить лицензию на управление катером.
Лиам подышал на пальцы. С каждой секундой становилось все холоднее.
— Откуда тебе знать, что это не я брал катер в те ночи? Или не одолжил машину Шона в ночь, когда была убита Керри?
— Я видел тебя рядом с водой. Ты был в ужасе.
— Я мог притворяться.
— Такой страх не изобразишь. Кроме того, я видел трансляцию с вертолета, который тебя преследовал, когда ты угнал катер. Ты явно не представлял, что делать. Поездки Шона, чтобы убить тех девушек, длились несколько часов и происходили в темноте. Это требует аккуратного судовождения, даже при наличии GPS. Это не ты.
— Ты передашь все эти улики в отдел внутренних расследований? Поговоришь с Филлипсом?
— Да, но позже. Когда у меня будут железобетонные доказательства.
— Чего еще тебе надо?
— Что-нибудь реальное. Поролон из сиденья совпал, но скорее всего такой же поролон используется в тысячах других машин. Твоя фотография Керри у Ботхаус-Роу будет бесполезна в суде, медицинские записи и полицейский рапорт не лучше. Информация про отслеживание GPS, которую я добыл из компьютера Керри, была изъята без ордера, и я даже не занимаюсь этим делом. Фотографии, которые она сделала, доказывают факт измены, но это не противозаконно. У нас много улик, но большинство из них или косвенные, или не будут приняты в суде. Я хочу глубже копнуть эти другие убийства. Если мы хотим его взять, все должно быть безупречно.
— Не думаю, что у нас есть время на безупречность, — сказал Лиам. — Нужно все рассказать сейчас.
— Вот почему я здесь. Есть идея. Во время обыска в твоем доме нашли волосы. Волосы Керри. На них были следы масла, и Джейн идентифицировала его как оружейное масло «Олин». Шон пользуется «Олином».
— Как и я, — ответил Лиам. — И еще половина управления.
— Я предполагаю, что он хранит волосы, которые забрал, когда побрил ее голову и головы других жертв, в ящике для чистки оружия или достаточно близко, чтобы на них попало масло. Если у тебя будет достаточно времени, чтобы обыскать его дом, ты сможешь что-нибудь найти.
— Он чистит свой пистолет в подвале. Я знаю, где лежит ящик. Ты выманишь его из дома, а я войду и посмотрю, что смогу найти.
— Именно.
Еще несколько человек поднялись на настил и пошли к океану. Дон смотрел, как они проходят мимо.
— Это закончится сейчас, — прошептал Лиам.
Дон пошел к выходу из переулка.
— Идем, я подброшу тебя до Филли, и мы обдумаем следующие шаги. Где ты можешь спрятаться?
Лиам на мгновение задумался.
— В миссии на Саут-стрит. Отец Бреннан поможет. Я виделся с ним на днях.
— Хорошо. Спрячься там, пока я с тобой не свяжусь. Когда выманю Шона из дома, ты войдешь.
— Как мы могли не знать обо всем, что происходило? — спросил Лиам. Веки казались тяжелыми. Он очень устал. — Он убивал тех девушек, а мы ничего не подозревали.
Дон продолжал идти, опустив голову, сопротивляясь ветру, дувшему с океана.
— Он всегда обладал обаянием лидера. Оно порождает доверие. Мы все — жертвы его манипуляции. Никто из нас не видел этого.
— Но он — мой брат. Он — единственная семья, которую я знал.
— Он не тот человек, которым ты его считал. Он не тот человек, которым мы все его считали.
Утро превратилось в день, потом в вечер, Дон сидел один в своей спальне, потягивая кофе и глядя на белый конверт на прикроватной тумбочке. Все, что он знал, крошилось в пальцах, создавая новую реальность, и он не был уверен, что готов ее принять. Столько знаков так долго были прямо под носом, но он был слеп. Теперь нужно все исправить. Другого пути нет.
