— Вот кто ваш друг! — почта крикнул он, закончив свою повесть. — Теперь вы знаете, почему я следил за ним. интересовался им, узнавал, где он живет! О! Он не мог от меня спрятаться! Как только я узнал, что ему грозит опасность ареста, как только я подумал, что его могут вырвать у меня и спасти от моей мести, — я ночами простаивал около его квартиры, прятался по подворотням, мокнул под дождем, но не выпускал его ни на мгновение. Теперь вы знаете, что это такой страшный враг, какой может создать только самое больное воображение. Боже, какой страшный враг! Умный, смелый, талантливый, гениальный актер, человек с душой циника и маньяка! Это — враг всего святого, враг человечества… дьявол, дьявол, дьявол!
Ринов с силою схватил Лозина за руку.
— Его нужно уничтожить… понимаете? — хрипло прошептал он. — И вы должны мне помочь!
Лозин откинулся в кресле, вырвал свою руку из цепких пальцев хромого, избегая взгляда его безумных глаз.
— Но почему вы не убили его до сих пор сами? — тоже шепотом спросил Лозин. — Зачем вам понадобился я?
— Почему я не убил его? — пробормотал Ринов. — Видит Бог, что по крайней мере десять раз — здесь, в Париже — я стоял за спиной Зибера, готовый броситься на него с револьвером в руке… и… не мог… понимаете… не мог! Кокаин съел мою волю, убил решимость! Когда я видел ненавистное лицо Зибера — спокойное, уверенное, полное какой-то дьявольской внутренней силы, — все холодело во мне, руки опускались и я уходил, как побитая собака… Ах, Лозин, если бы вы знали, сколько мучений я перенес за это время, сколько раз шел с твердой решимостью убить — и не мог! Понимаете, не мог… не мог… не мог! Это дьявол… заколдованный дьявол, прикрытый какой-то невидимой силой!..
— Почему же вы не выдадите его? — спросил Лозин. — Вот вам простое решение вопроса.
— Выдать? О, нет! Я не увижу тогда своей мести! Я хочу видеть, как он будет корчиться передо мной! Я хочу, чтобы он вспомнил меня, я хочу напомнить ему о своем брате! О! Вы не знаете всей сладости мести! Выдать?… Нет! Какая же это месть!..
На его губах выступила пена, глаза дико вращались, лицо было белое, как гипсовая маска.
— Когда моя очередная попытка убить его кончилась обычным крахом моей воли, — я вспомнил о вас. Мне пришло в голову, что вы можете быть исполнителем моей воли…
— Но почему вы решили, что
— Почему? — воскликнул Ринов. — Разве вам мало того, что я рассказал о прошлом этого сатаны? А если этого мало, то я могу еще кое-что сообщить вам. Помните, я обещал вам рассказать о встрече в Берлине с вашей женой…
Лозина охватило неприятное предчувствие. «Боже мой! — подумал он. — Что еще наговорит мне этот ужасный человек?»
Ринов рассказал о встрече с Верой, о карточке Зибера, об исповеди Веры, о том, как Вера отказалась мстить Зиберу.
— Знаете, почему она не пошла за мной? — остро впившись в лицо Лозина, прошептал Ринов. — Она продолжает любить Зибера…
— Откуда у вас этот вывод? — пробормотал Лозин.
— Не верите? — злобно усмехнулся Ринов. — Тогда что вы скажете, если я вам покажу это…
Он вынул из бумажника фотографическую карточку и протянул ее Лозину. На карточке были изображены Зибер и Вера. Они сидели, нежно прижавшись друг к друту. Карточка была снята недавно и при этом здесь, в Париже. Лозин сразу узнал обстановку квартиры Зибера при советском штабе в Париже.
— Что это? — прошептал он.
— Вы давно не получали писем от жены? — спросил Ринов.
— Давно…
— Знаете, почему? Потому что Вера покинула Берлин и живет в Париже… с Зибером.
Лозин застыл в своем кресле.
— Когда сегодня утром я передавал вам тайный адрес Зибера, — сказал Ринов, — я поставил условием, чтобы вы сейчас же ехали к нему. Я думал, что вы застанете их врасплох, увидите Веру и это подействует на вас сильнее, чем мои рассказы. Но вечером я увидел, что вы ничего не знаете. Видимо, она успела спрятаться при вашем приходе…
Лозин вдруг вспомнил, что при посещении Зибера слышат женский вскрик и видел, как кто-то пробежал в соседнюю комнату.
— Как вы достали карточку? — спросил он Ринова упавшим голосом.
— Я подкупил денщика Зибера, побывал в квартире и взял эту карточку с письменного стола.
Ринов испытующе посмотрел на Лозина и коротко бросил:
— Довольно вам всего этого? Пойдете вы теперь со мной?.. Уничтожить эту гадину?…
Лозин не ответил. Он думал… думал с удивлением, что все его чувство к Вере исчезло совершенно. Сообщение поразило его сначала своею неожиданностью. Теперь он представил себе Веру в объятиях Зибера — и это ничуть не тронуло его. Может быть, так лучше. Теперь он свободен, может начать новую жизнь… Пойти убивать Зибера? У него нет сил для этого! Обаяние Зибера было слишком сильно…
— Нет, я не пойду с вами, — тихо сказал он. — Я не могу…
Ринов вскочил в бешенстве.
— Вам мало этого? — зашипел он. — Вы трусите… боитесь уничтожить врага — врага России. моего врага, вашего врага… зверя, дьявола… садиста!.. Он отнял у вас жену, а вы… Эх, вы… жалкий трус!..
Лозин вскочил и пошел к выходу из ложи. Ринов в бессильной ярости бросил ему вдогонку:
