Чудеса полностью

При виде дома, возвышающегося над высоченным вечнозелёным дубом и почти голыми деревьями в белом, как кость, свете луны, у Вундера пошёл мороз по коже. Чем ближе они подходили, тем выше и выше возвышался над ними дом, выставляя напоказ острые углы и причудливые изгибы.

Свет внутри не горел. Дом был окутан тенью.

Но ведьма сидела на крыльце. Было уже темно, очень темно, но она сидела там. Она раскачивалась в кресле, а её белые одежды были единственным светлым пятном во всей этой черноте.

– Я не ждала вас сегодня, – сказала она голосом, доносившимся будто издалека. – Вы пришли за своими письмами?

Вундер стоял у ступенек, ведущих на крыльцо. Друзья были рядом: Фэйт с одной стороны, а Дейви с другой. Вундер покачал головой.

– Мы прочли то, что было адресовано миссис Баум, – ответил он. – Что случится второго ноября?

– Это, – сказала ведьма, – зависит от вас. – Она перестала раскачиваться. – Наверное, нам стоит зайти внутрь. Чай, я полагаю?

– Мы не хотим чаю, – отказалась Фэйт. – Ни капельки. Мы хотим знать, что происходит.

Ведьма снова начала раскачиваться. Она задумчиво глядела на них… В тени её глаза походили на две тёмные ямы.

– Вы доставили письма? – спросила она.

– Да, – сказал Вундер.

– И?

– Мы знаем, что они для людей, с которыми случались чудеса, – сказал он. – И ещё у них умер кто-то, кого они любили.

– Это интересная теория, – сказала ведьма. – Хоть и не совсем верная.

– И что же в ней неверного? – потребовала ответа Фэйт.

– Кто сталкивался с чудом? – спросила ведьма. – Все. И кто кого-то терял? Все. Все-все.

Именно это Вундер понял, когда доставлял письма одно за другим и когда стоял сегодня в школьном спортзале.

Все соприкасались с чудесным. И все соприкасались со смертью.

Но были и другие вопросы, множество вопросов. Он сделал глубокий вдох и скрепя сердце спросил:

– Это вы заказали мемориал – тот, что на кладбище?

– Да, – сказала ведьма. – Я.

– Зачем?

Ведьма продолжила раскачиваться.

– Я сижу на этом крыльце, и что находится прямо за деревьями? – Она указала вперёд, в темноту. – Кладбище. По многим причинам – по многим-многим причинам – я постоянно думаю о смерти. И каждый день читаю газету.

– Вы каждый день читаете некрологи, – уточнила Фэйт. – Мы видели их на вашем кухонном столе.

– Верно, – согласилась ведьма. – Это так. Это так. И в этом мире столько смертей. День за днём, день за днём, день за днём. И столько тех, кто верит в то, что они потеряли любимых. Я не могу изменить мир. Но возможно, мне по силам изменить этот город. – Она подалась вперёд на кресле, и её лицо озарил свет луны. Она смотрела прямо на Вундера. – Мемориал – лишь начало того, что я хочу сделать. И я хочу, чтобы вы помогли мне.

– Но почему вы установили его от имени Милагрос? – спросил Вундер. – Почему вы так написали?

– А, – сказала ведьма. – Видите ли, меня зовут Милагрос.

Она откинулась обратно. Кресло-качалка снова начало раскачиваться вперёд-назад, и единственным звуком стал скрип его полозьев о неровные половицы крыльца.

Затем Фэйт вскрикнула. И Дейви тоже вскрикнул.

– Вас зовут Милагрос? Это ваше имя? – Фэйт указывала на ведьму пальцем, обтянутым белой перчаткой. – Кто вы? Кто вы на самом деле?

Ведьма издала долгий, глубокий вздох.

– Это будет трудно понять. Многие вещи, происходящие в этой жизни и после неё, тяжело понять. Я не знаю, в чём причина… – Она поднялась с кресла. – Но входите внутрь. Я объясню всё, что смогу.

– Серьёзно, ничего не пейте, – прошипела им Фэйт, когда ведьма открыла дверь. – Что, если она украла душу твоей сестры, а теперь хочет похитить твою? Что, если она демон? Твой амулет при тебе? Мой – да.

– Кто крадёт души? – в отчаянии прошептал Дейви. – И какие ещё омлеты? Что происходит?

У Вундера не было при себе амулета, но его это не беспокоило. Он сделал главное: он наконец задал вопросы. Какую бы цену ему ни пришлось заплатить за ответы, оно того стоило.

Он поднялся на крыльцо и вошёл в ожидающую его тьму открытой двери.

Вошёл внутрь следом за Милагрос.

Как только Вундер ступил на порог Портал-Хауса, его каменное сердце не просто оттаяло – оно воспламенилось; не просто затрепетало – оно раскололось.

Как будто оно вовсе не было каменным. Как будто что-то внутри него рвалось наружу.

Ведя его по дому, ведьма несла одну-единственную свечу. Её пламя освещало лишь небольшое пространство вокруг свечи, а дальше, за пределами этого светлого круга, было темно-темно, темнее тёмного. Вундер шёл за ведьмой и смотрел, как части стены освещались одна за другой – и на них, словно из ниоткуда, возникали белые спирали. Он прислушивался к ведьминым шагам, которые были на удивление медленными и тяжёлыми, а не быстрыми и проворными, как раньше.

На кухне ведьма села напротив Вундера, Фэйт и Дейви. Она поставила свечу на стол, и пламя озарило её, осветив все складки и морщинки на коже, отчего она выглядела так, будто на ней была маска.

– Этот дом, – сказала она. – Помните, я говорила вам, из чего он построен?

– Из Портального дерева, – ответил Вундер. – Но мы хотим знать…