— Если есть две двери, значит, за ними есть выход! По-моему, так, — перефразировала Света известного детского рэпера времен СССР мистера Винни зе Пуха. — А если дверей две, то за одной не коридор! А значит...
Она встала с кровати и почти на цыпочках подкралась поближе к этим самым дверям, замерев у шкафа и настороженно их разглядывая.
— Правая или левая, вот в чем вопрос? — гадала Светлана Львовна, переводя взгляд с одной на другую. — Хотя, впрочем, какая разница? Начну-ка я со шкафа, он тоже с дверцами.
Света потянула на себя негромко скрипнувшую створку и заглянула внутрь.
— Хм-м-м... — Она прикрыла дверцу, потом открыла ее еще раз и оглядела висящие на вешалках и лежащие на полках вещи. — Ну-у-у... или это кто-то здесь забыл, или это положили для меня. Бирочек не заметно, но на вид как новое, — вытянула Света за рукав какую-то блузку.
— Договор сейчас почитаю, правила местные, еще поесть бы. — Она неожиданно вспомнила, какой усталой и голодной пришла домой после работы. Усталости у Светланы Львовны, как ни странно, не было, а вот чувство голода осталось.
— У меня же там продукты в сумке были, хотя, кажется, ничего скоропортящегося не покупала? — пыталась вспомнить она, замерев у двери слева от шкафа. — Или покупала?
Потянув кругляш металлической ручки на себя, Света несмело высунулась из комнаты.
— Так! Это коридор, — узнала она уже мельком виденные ранее серые камни стен. — Значит, не сюда.
С любопытством повернув голову налево, заметила на противоположной стене, метрах в пяти, закрытую дверь. А вот справа коридор заворачивал, и как раз оттуда в этот момент кто-то вышел и замер, заметив торчащую из-за двери Светину голову.
— Ой! — Светлана, даже не разглядев, кто там был, испуганно всунулась обратно, закрыла дверь и привалилась к ней спиной, тяжело дыша и пытаясь успокоить бившееся сердце. — Любопытство кошку сгубило! В моем случае одну глупую тетку, которая полезла куда не надо, вместо того чтобы подумать и подготовиться. Что же сейчас будет?!
А за дверью ожидаемо уже послышался топот и возбужденные, но негромкие голоса здешних обитателей.
— Я точно видел! Вот за этой дверью...
Шебуршание и тихое поскребывание в дверь мурашками отдалось у Светы по всему телу.
— Кто-то отсюда высовывался, а потом спрятался... — видимо, делился впечатлениями тот самый некто, мельком виденный Светой в коридоре.
— Может, показалось? Закрыто, как всегда. — Дверь, судя по звуку, толкнули.
— Отойдите, олухи! Резвен, неужели не чуешь? Там и правда кто-то есть! На косяке остаточный след чужого человека... — произнес уже другой мужчина.
В дверь вежливо постучали, и тот же довольно приятный голос с вкрадчивыми интонациями поинтересовался:
— Прошу прощения за беспокойство, можно войти?
Светлана Львовна зажала рот рукой, чтобы не выдать себя, и даже постаралась не дышать.
«Никто не войдет без разрешения, и вообще меня тут нет! — думала она. — Хотя когда-нибудь выйти придется, тем более ректор настаивал на знакомстве с подопечными, а это, похоже, они и есть».
— Вечно тут не просидишь, — послышался уже другой, резкий, отрывистый и хриплый голос, видимо придя к такому же выводу. — Выйдешь все равно.
«Похоже, их трое». По голосам Светлана Львовна попыталась определить, сколько человек собралось за ее дверью.
— Эй! — Новый, а еще девичий голос с мягкими интонациями и тихое поскребывание немного придали Свете храбрости от осознания, что тут не только мужчины. — Если сегодня выйдешь, иди направо, там столовая. И поторопись, а то ужин пропустишь, все съедят.
За дверью послышались удаляющиеся шаги, и Светлана Львовна, облегченно выдохнув, сползла по косяку на пол.
«Фух! И чего это я испугалась? Там же просто студенты, а я у них тут целый воспитатель! — стала мысленно уговаривать она сама себя. — Так, Райская, соберись! Договор читаем — и вперед, на баррикады! Страхам надо смотреть в лицо. Личные дела и всю макулатуру тоже прихвачу. Сразу и ознакомлюсь, и познакомлюсь лично».
Встав, она уже без интереса все же пошла открывать и вторую дверь. Ожидаемо там нашлось что-то вроде санузла. Деревянный чан, над которым висело торчащее из стены подобие носика от лейки с веревочкой, и деревянный короб с крышкой, приподняв которую Света обнаружила дыру, казалось, не имевшую дна.
«Жутковато, но зато запаха нет. — Пожав плечами, Светлана закрыла это отверстие в никуда. — Правда, и бумаги туалетной тоже нет. Печалька».
Магический договор все так же лежал на столе, и, что примечательно, ее надпись с отказом каким-то образом исчезла.
Читала Светлана всегда довольно быстро, вот и сейчас глаза за стеклами очков побежали по строчкам написанных самым что ни на есть русским языком.
«Странно все как-то, — повертела она в руках плотный лист с печатью и свернула его рулончиком. — Язык русский, но все как-то расплывчато и непонятно».