– Да ничем, – пожала плечами Лера. Девушки прогуливали семинар в парке около института – благо, погода была замечательной – золотая осень. – Он вернулся в воскресенье к обеду. И, мило улыбаясь, рассказал, что родители вручили ему крупный "аванс" по случаю выхода из творческого кризиса. Он тут же поехал и купил дорогущую кожаную куртку, которую уже давно приметил, а потом отмечал покупку с друзьями. Домой не пошел, потому что боялся, что я буду ругать его за пьянку.
–То, что ты будешь волноваться, он не учел?
– Он надеялся на мою сообразительность, что я догадаюсь позвонить его "родакам". А я не сразу догадалась… Сама виновата…
– Да, Лерка, – Ирка хлопнула подругу по плечу. – Единственное, что меня во всем этом радует, что ты решила рассказать нам. Ты начинаешь прозревать? Ты уже сомневаешься в его непогрешимости?
– Вовсе нет, – улыбнулась Лера. – Он, конечно, меня сильно обидел, но он не негодяй. Он просто ошибся. Каждый человек имеет право на ошибку… Такое произошло впервые и…
– Лерка, ты ненормальная! – вступила в разговор Оксана. – Блаженная какая-то! Мы тебе давно пытаемся сказать, что твой Макс – эгоист. Сел и ножки свесил! Кризис у него… Бережет он тебя, любит – вот тебе и пример его "любви"!
– Это была ошибка! – упрямо повторила Лера.
– Да ни фига! – Оксана соскочила с лавочки – Это был первый звоночек. Счет открыт и теперь будет только пополняться. И хватит болтать – все равно без толку! Идемте в библиотеку!..
– Макс, я пришла! – Лера прямо в одежде заглянула в комнату, потому что ответа не услышала. Макс сидел в комнате перед компьютером, на экране которого застыла картинка из игры-ужастика с какими-то чудовищами. Он сидел ссутулившись и бессмысленным взглядом смотрел на экран. Рядом с клавиатурой стояла грязная тарелка и рюмкa, а чуть дальше – ополовиненная бутылкa водки.
– Макс, – Лера обняла его за плечи, – Что случилось, солнышко?
– Валюша, – не отрываясь от экрана, всхлипнул он. – Прости меня, детка. Я бездарность…Я ничего не могу… За полдня я не написал ни строчки…
– Ну перестань, – она чмокнула его в макушку, – Ты хочешь за день написать шедевр? Так не бывает. Ты же не относишься к тем бездарностям, которые пишут свои книги, как пирожки пекут? У тебя есть замысел, есть я, твоя Муза…
– Только не разговаривай со мной, как с придуркoм!" – передернув плечами, он освободился из ее объятий – Ты фальшивишь, дорогуша! Ты недовольна тем, что я выпил и не можешь этого скрыть! Я все вижу!!! Конечно, ты же у нас святоша! Ах, ах! Я посмел взять деньги, которые она заработала.
– Милый, ты о чем? Какие деньги? Тебе хочется поскандалить?
– Да!!! – заорал он, повернувшись к ней прямо в кресле: – Я жутко зол!!! Как ты не можешь понять своей тупой башкой, что мне противно во всем от тебя зависеть! Мужик я или нет? У меня ни копейки карманных денег! Ты унижаешь меня! Мне стыдно!
– Послушай, Макс, я тебя не понимаю. Почему тебе стыдно? Я что, эти деньги на пaнели заработала? Или укрaла? Мы договаривались, что я работаю, а ты пишешь. ЭТО твоя работа. Я тоже делаю все, что от меня зависит. Чем ты сейчас недоволен?
Макс закрыл лицо руками и шумно вздохнул:
–Какая же ты непроходимая дурa… Я с тобой или сам двинусь или сопьюсь…
– Максик… – Лера чувствовала, что снова начинает задыхаться, – Максик… Я лучше спать пойду, да?
Макс встал и посмотрел ей в глаза. Лера вздрогнула. Hа нее смотрел безумец.
– Раздевайся! – приказал он.
– Да-да, – глотая слезы торопливо проговорила она – действительно, она не успела переодеться в домашнее. – Сейчас переоденусь…
– Нет. Раздевайся совсем. Здесь. Сейчас. Я хочу.
– Максик… но послушай…
– Ты оглохла? Или тебе помочь? – он нехорошо усмехнулся и вдруг, шагнув вперед, резко ударил ее по лицу: – Достала ты меня, овцa! Тупая и фригидная! – заорал он и дальше, кажется, было что-то еще, но ноги у Леры вдруг стали ватными, в ушах сильно зазвенело, а перед глазами стало темно. Она потеряла сознание и упала на пол.
– Валя, Валюша, – Макс колотил уже по обеим щекам, но Лере было все равно – его голос доходил до нее как сквозь толщу воды. – Валюша, не пугай меня! Ты что это придумала, девочка моя родная?..
…Лера чувствовала, что приступ проходит, ей уже легче, но из-за невероятной слабости она пока еще не могла говорить. Она видела, как Макс мечется по комнате, а потом хватает телефон и вызывает "скорую".
– Макс, – тихо позвала она, и он, крикнув в трубку: – "Ждем, ждем!", -подскочил к ней и присел рядом:
– Как ты? Лучше? – дрожащей рукой он ласково погладил ее по голове.
– Да, спасибо, – с его помощью она приподнялась и села. – Только дышать тяжело. Открой окно, пожалуйста – она едва успела подумать, что уже давно он не был таким внимательным и заботливым, как Макс уже вернулся к ней:
– Так лучше?
– Да… Спасибо… Слушай, не надо "скорой"… Позвони, скажи, что я уже в порядке.
– Нет, девочка моя. Пусть врачи мне это скажут. Я должен знать наверняка, что моей малышке ничего не угрожает… Давай-ка на кровать перебираться, – Лера послушно обхватила его за шею, а он, шумно и резко выдохнув, подхватил ее на руки и перенес на диван.
