Ирка покраснела. Девушка не знала, готова ли признаться подруге в своей большой симпатии к ее брату. Поэтому ответила уклончиво.
– Знаешь, Лика. Но кто это, я пока не могу сказать. Когда я буду уверена в его ответной симпатии, я тебе первой все расскажу. Верь мне.
– Я верю тебе, Ирка. И очень надеюсь, что этот парень стоит твоих усилий.
– Стоит, Лика, – уверенно произнесла Ира, – он этого стоит.
***
Конфетка: Привет, Рома.
Рома: Привет, ммм. Конфетка? Мы знакомы?
Конфетка: Можно и так сказать)
Рома принял положение сидя и еще раз перечитал последнюю фразу, но так и не мог понять, от кого эти сообщения.
Рома: А если точнее?
Конфетка: Я точно девушка)))
Рома: Спасибо, успокоила)))
Конфетка: считай, что я просто решила скрасить твои армейские вечера)
Рома: Каким образом?
Конфетка: Общение, флирт)) Что еще нужно парню, который окружен лишь мужской компанией?)
Рома: Мне не нравится сама идея общаться с незнакомкой.
Конфетка: Это просто общение)
Рома: Не думаю, что мне это интересно.
Конфетка: Ты просто не думай, Рома.
Рома: А не умею не думать) У меня мозг вскипит, если я не разгадаю, кто на том конце провода.
Конфетка: Я обещаю, что в конце ты все узнаешь)
Рома: По рукам.
Рома еще пару минут подождал, а когда понял, что некая Конфетка больше не напишет, отложил телефон в сторону. Кто она? Откуда вообще узнала его армейский номер? Столько вопросов, на которые у Ромы не было ответов. Парень решил не забивать голову, а просто лечь спать. Завтра сложный день: рукопашный бой, стрельба и вечернее дежурство. Поэтому ему необходимо как следует выспаться, ведь впереди Рому ждали еще почти триста пятьдесят таких же одинаковых дней. Хотя, возможно, на лайтовом общении с некой Конфеткой, этот год будет и не такой уж и длинный.
Наши дни
Родные улицы города встретили Романа Царева яркими новогодними витринами, переливающимися огнями и легким снегопадом. Город всем своим видом демонстрировал, что уже готов встречать Новый год. Рома чувствовал, что эта новогодняя ночь станет поистине особенной, ведь он ждал этого так долго.
Переступив порог родительского дома, Рома оказался в объятиях своей любимой младшей сестры Анжелики. Как бы она его не доставала, на правах мелкой, Рома всегда любил ее, и готов был оберегать от всего и всех.
– Привет, мелочь, – Рома обнял в ответ свою младшую сестру и одной рукой взъерошил ее волосы, как в детстве.
– Привет, Ромка. Я так скучала! – ему в грудь проговорила Лика, не думая выпускать из своей хватки брата.
– Ну, все, мелкая, дай вздохнуть полной грудью, – Рома попытался высвободиться из объятий сестры.
– Раздевайся и проходи, мы все тебя уже заждались, – с улыбкой проворковала Лика.
– Кто «мы»? – не понял Рома.
– Все, кто по тебе соскучились, брат. Проходи и сам всех увидишь, – ответила сестра и покинула коридор, оставив брата наедине со своими мыслями.
По голосам, доносящимся из гостиной, Рома был уверен, что там его родственники и несколько друзей. Но он точно знал, что ее там нет. Хоть Конфетка и писала весь этот год, он был уверен, что предпочтет первую встречу наедине.
Рома сделал шаг в направлении гостиной, но вибрация в телефоне отвлекла парня, и он быстрым движением разблокировал экран и прочел сообщение. Рома улыбнулся своей догадливости и убрал телефон обратно в задний карман джинсов.
– Всем привет! – поприветствовал Ромка всех собравшихся в доме его родителей. В ответ полетели приветствия, объятия и хлопки по крепким плечам. Рома был безумно рад всех их видеть.
Помимо родителей и сестры, за столом сидели тетка, двоюродный брат с невестой и несколько Роминых друзей: Сеня, Сашка и Пашка.
Эти оболтусы откосили от армии, чего принципиально не стал делать Рома. Он считал, что эта отличная школа жизни. За этот год его мировоззрение, не то, чтобы кардинально изменилось, но коррективы внесены были.
У Ромы не было больше ощущения мальчишеской безмятежности. Царев ощущал себя сильным, ответственным не только за свою жизнь, но и за жизнь своих близких, а также знал цену силе и своей выдержке.
Если в его жизни появится определенная цель, то он готов пересмотреть свое будущее. Он не лукавил тогда, когда писал Конфетке, что если у них появится взаимная симпатия, то Ромка выкинет из головы Север.
Еще год вдали от нее он не выдержит: сломается, пропадет или просто потеряет часть себя. В свои двадцать пять, Рома уже знал, чего хотел от жизни. Оставалось лишь найти спутницу жизни, которая готова разделять взгляды Ромки. В ответ, он готов ради своей женщины на все, чтобы она была счастлива. И кандидатура Конфетки его устраивала полностью. Лишь бы она не передумала в последний момент. Вот этого Ромка действительно боялся.
