Выслушав речь Махаразейнды, Тиджамин ответил с благосклонной похвалой:
— Той, которая, чистоту храня, долг блюдет и творит добро, желанная награда будет послана без промедления!
И после продолжал:
— Вот чудесный плод, зовется он атавати, что означает «дар страсти», он зреет в заоблачной стране Тавадейнта. Ты знаешь, о царевна, небожители мечтают об этом даре целую вечность, в надежде расцветают и увядают, но лишь двоим из тысячи судьба посылает желанный плод. Возьми его и вкуси, царевна! Когда же он в тебе созреет, ты обретешь славного сына-царевича!
С этими словами владыка неба Тиджамин передал юной Тиласанде заветный плод атавати, после чего отправился к себе в заоблачное царство натов.
А Тиласанда, получив чудесный плод с краснеющей ботовкой, положила его в изумрудную вазу; внезапно ее сердце загорелось радостным желанием, царевна торопливо схватила плод и с жадностью принялась есть. Прикосновение к ароматной мякоти и ощущение божественного вкуса наполнили все существо Тиласанды неведомым счастьем: все мускулы ее юного тела вдруг напряглись, и тут же царевна зачала. Лишь только семя новой жизни проникло внутрь и совершилось зачатие, так сразу Тиласанда почувствовала неприятный привкус во рту — смесь кислого с соленым, горького и жгучего, вяжущего и тухлого. Страсть тут же отпустила ее, желание прошло, и плод царевна не доела.
После бурной вспышки, нарушившей спокойное равновесие и сотрясшей нежный организм, Тиласанда заметно ослабела и не могла уже передвигаться, а только тихо лежала в сладкой дреме на мягкой постели из белоснежного бархата. Когда же минуло девять месяцев и наступил десятый, то будто царь небесных звезд своим сиянием озарил весь остров — это Тиласанда произвела на свет божественного сына, прекрасного, как бесценное изваяние из редкого золота забу[31].
Царственного младенца с заботливой нежностью несла целая процессия женщин: тут была и царица Атуладеви, тут были супруги высокородных друзей и царских родичей, жены министров и военачальников, няни, кормилицы и служанки.
Когда царь Махаразейнда обрел внука, ликованию его не было предела; он тут же повелел восьми брахманам совершить обряд очищения. Вот распахнулись главные ворота дворца, раскрылись восемь белых зонтов, и на золотом подносе, украшенном бесчисленными рубинами, новорожденного окропили нектаром роз, после чего отсекли золотой послед.
На седьмой день вновь исполнялись священные обряды: голову благородного сына Тиласанды кропили целебным соком акации и алоэ, руки и шею повязали заговоренными нитями со спасительными амулетами. Когда же все церемонии были закончены, царь Махаразейнда устроил пышное празднество и даровал в наследство внуку целиком весь остров Забу. После чтения магических гатх и заклинаний, после составления гороскопов и ритуальных действ царственного младенца уложили в роскошную колыбель, украшенную девятью рядами редчайших рубинов, и качнули в каждую из восьми сторон по пятьсот раз.
По приказу государя в тот же день выбрали тысячу сверстников царевича, появившихся на свет одновременно с ним, — сыновей высокороднейших семейств страны Яммании; а придворным кормилицам и нянькам повелели ходить за всею тысячею, вместе кормить, поить, оберегать, ни днем ни ночью глаз не спуская.
Славя своего возлюбленного наследника и внука, царь Махаразейнда радостно воскликнул:
— Воистину прекрасный сын царевны Тиласанды — это божественный отпрыск Тиджамина!
И новорожденного царевича нарекли именем Эйндакоумма, что означает «Потомок Индры».
Здесь и конец главе о рождении царевича Эйндакоуммы.
В те же далекие времена у божественного государя — ната Тирейндарея, правившего на знаменитой горе Тудаттана[32], и супруги его Кальянавати, которые счастливо жили, наслаждаясь любовью, в золотых чертогах небесного дворца среди десяти миллионов небожителей, подданных своих, в должный срок родилась дочь-царевна, при появлении на свет нареченная Туваннаяти, что означает «Золотоносная».
Со временем царевна оправдала это завидное имя: достигнув своего совершеннолетия, она уже владела всеми пятью достоинствами женской красоты и была полностью лишена пороков женской внешности[33]. Оберегая редкую красу Туваннаяти, родители сочли за благо поселить свою единственную дочь в уединенном дворце из семи чертогов со свитою в тысячу преданных служанок и подруг.
