Сходство некитайских рикш с послами не переставало изумлять аббата. Он все хотел показать Тапкину и Пфлюгену эту поразительную способность рикш-некитайцев к мимикрии, но это ему из раза в раз не удавалось. Крюшон обычно звал с собой де Перастини и, сев с ним в коляску, спешил к дому Пфлюгена.
- Ах, ну наконец-то я покажу нашему славному немцу того, кто во всем ему слепо подражает, - заранее радовался аббат.
Но прибыв на место, аббат неизменно узнавал, что его благородия барона фон Пфлюгена нет дома.
- Как нет? - изумлялся аббат. - Голубчик, этого не может быть. Мы твердо условились вчера, что я за ним заеду.
- Никак нет, - разводил руками Гринблат-Шуберт, - кабинет и спальня господина барона пусты.
- Вот как? А ты смотрел, к примеру, в погребе?
- Нет, не смотрел, - признавал Гринблат.
- Ну, так поищи же барона получше!
- С вашего позволения, аббат, - любезно предлагал де Перастини, - я, пожалуй, тоже схожу поищу нашего дорого Пфлю. А то этот Гринблат опять упустит куда-нибудь заглянуть.
- Да, да, - благодарил аббат, - четверо глаз, то есть, трое, поправлялся он, так как де Перастини так все и ходил с черной повязкой на глазу, - трое глаз в таком деле лучше, чем двое.
Де Перастини, шумно дыша, подымался наверх к Шуберту-Гринблату, и в открытые окна разносился шум поисков.
- Голубчик, - окликал снизу аббат, - что у вас там происходит?
- Мы с Вер... то есть с Гринблатом ищем барона, - отвечал де Перастини.
- Где же?
- В его кабинете... под столом...
- И что же - он там?
- Ах, нет... ох, нет... ах, нет... ох, нет... - доносились сокрушенные восклицания Гринблата.
Рикша, похожий на барона Пфлю, неизвестно почему начинал сучить ногами и нервно переступать на месте.
- Друг мой, - снова окликал аббат итальянца, - а почему бы вам не поискать барона в спальне? Может быть, он спрятался под кроватью или в шкафу?
- Вы гений, аббат! - отзывался распаренный де Перастини, на секунду показывая из окна свой торс в расстегнутой рубашке - в пылу поисков он неизменно упревал и расстегивался. - Ну, конечно, мы сейчас с В... с Гринблатом перенесем наши поиски в спальню.
Вскоре из другого раскрытого окна начинали нестись стоны.
- Любезный де Перастини, - встревоженно спрашивал аббат. - Как будто я слышу чьи-то стоны. Вы там случайно не прищемили в шкафу барона?
- Ах, нет, аббат, нет, - успокаивал де Перастини, - нет...
- А кто же это стонет?
- Это Гринблат... он застрял и не может выбраться из-под кровати.
- Ну, так вытащите же его, - кротко советовал аббат.
Де Перастини охотно следовал совету:
- Ой, тащу... - разносился его крик. - Ой, тащу!.. прямо сам весь тащусь!... хорошо мне!..
Рикша начинал нервничать ещё больше, и аббату приходилось успокаивать его с помощью острого стимула. А меж тем у де Перастини - очевидно, под влиянием тяжелого физического усилия, - начинались галлюцинации, и из окон спальни фон Пфлюгена звучало нечто и вовсе странное:
- Верди! - громко стонал итальянец.
- Гринблат! - возразительно отвечал ему слуга германца.
- В-верди! - настойчиво повторял де Перастини.
- Ох, Гринблат! - возражал Гринблат, но уже слабее и с меньшей уверенностью. - Ох, Шуберт!.. не знаю кто!..
- Да В-вер-рди же!.. - настаивал итальянец.
- А-а-а! - неслось из окна. - Да! Да! Верди!
- Верди! Милый Верди! Ты нашелся!
- Да, Верди! твой Верди!..
- Мой! Вечно мой! О!
- Твой! Вечно твой! А!
С рикшей в это время творилось что-то невообразимое: он хрипел, грыз удила, вставал на дыбы и бешено мотал головой. Крюшон начинал торопить де Перастини:
- Друг мой, завершайте ваши поиски - мой рикша что-то совсем занервничал...
В окно выглядвал распаренный де Перастини и показывал два пальца:
- Еще две минуты, аббат... Сейчас я спущу...сь...
Он выходил из дома с разинутым ртом, откуда свисала слюна, и с ошалелым выражением на лице. В окно ласково махал рукой Шуберт-Гринблат.
- Ах, как вы утомились! - участливо замечал аббат. - Так что же - вам не удалось найти барона?
- Увы, - тяжело отдуваясь отвечал итальянец.
- Куда же он девался? - печально удивлялся аббат Крюшон. - Может быть, он прячется в уборной?
- Не думаю, - икнув, отвечал де Перастини. - В прошлый раз мы с Гринблатом искали его там.
- И не нашли?
- Нет, не нашли. Но зато, - добавил итальянец, - зато временами мне кажется, что в доме барона я встречаю своего Верди...
- Да неужели?
- Да, да, - мечтательно кивал де Перастини. - Порой я как будто узнаю черты его лица и... на миг, на какой-то миг, но...
- Друг мой, вы слишком впечатлительны, - возражал аббат. - Но положим, вы бы встретили своего Верди в доме Пфлюгена - что бы вы стали делать?
- Я... если бы нашел милого Верди, - с радостной улыбкой воображал де Перастини, - я бы нежно обнял и прижал его к своей груди... А затем... затем я бы расстегнул пуговицу его розовой сорочки и ласково погладил маленький шрамик у пупка... а затем...
- Ах, дружок, - останавливал его Крюшон, - я вынужден прервать вас посмотрите, что это творится с нашим рикшей? Он встал посреди дороги и шумно дышит... Может быть, у него припадок?
