Вполне возможно, что это самообман... мне хочется быть и утопленником, могилу которого я так и не нашел, и самим собой, и богом..."
"Ночью я оказался на лестнице Иакова, в этом неизбежном шествии, полуживой, с искаженным судорогой лицом... иду, дрожащими пальцами ощупывая пустоту, вздыхаю, сомневаюсь, шепчу:
"Боже, Ты однажды сотворил чудо, прошу, не дай мне упасть..."
Иду и вижу внизу террасу, пруд, затянутый ряской, превратившийся в болото, и ржавую инвалидную коляску на надувных шинах...
Я ищу взглядом примадонну... и не вижу ее...
Кто-то окликает меня... я поднимаю голову и вижу чертоги... кто призвал меня сюда?.. и кто меня обнимает?.. Роза?.. сомневаюсь...
Роза, это ты?..
Слышу смех Бенедикта... он не один, с женами...
Вокруг тьма... мрачные области ада... лишь проблески света...
Я теряюсь в этой кажущейся реальности объятий и обольщений, пустых и бесполезных, беспутных...
-- Вы не жизнь, вы смерть... - говорю я, пытаюсь оттолкнуть женщин от себя...
Бенедикт и женщины исчезли...
"Кажется, мне удалось остаться таким же, каким я был..." - подумал я, ощупывая себя...
На мне был плащ монаха...
Да и я ли это был?.. вопрос...
Был я вверху и спустился вниз...
Не присвоил меня искуситель..."
"Светало...
Надо мной цвели небеса в своем утреннем великолепии...
Вокруг вода, песок и птицы...
Птицы не ходили, они шествовали...
Уже не раз изумленный, я стоял и смотрел на эти иссеченные скалы, потом перевел взгляд на остов барки, который напоминал скелет некоего морского животного...
Обогнув груду камней, я наткнулся на утопленников...
Они были похожи на рыб, выброшенных на берег...
К одним море было безразлично, других омывало, готовило к смерти...
Я увидел среди утопленников Вику, полную прелести... она соединяла в себе грацию, красоту и слабость... кожа ее то золотилась, то серебрилась, то становилась кровавой, бледнела, снова вспыхивала...
Вика встала и прошла мимо, рыдая... за ней потянулись другие...
Шествие утопленников длилось, длилось...
В какую дверь мне постучать, чтобы уйти с ними?..
Дверей много и все заперты для живых..."
"Снова серое утро...
Прибой исполнял какую-то унылую мелодию...
Птицы прихорашивались...
И весь остров приходил в себя после ночного землетрясения...
Я запел плач...
Обычно это случалось, когда я чувствовал себя не совсем уютно в собственном обществе...
И тогда это произошло...
Мне явилась Роза... на вид ей было 27 лет...
Я окликнул ее...
Она обернулась... она была напугана, в смятении... она не понимала, как очутилась на этом птичьем острове..."
Ночью было холодно...
Роза и Аркадий лежали в расселине, обнявшись, чтобы согреться...
Аркадий рассказывал Розе о себе...
Как и дядя, Аркадий был писателем... он писал романы, но сочинял он и плачи, как дополнения к романам...
Плачи были великолепные и не очень...
Аркадий умолк...
Прибой исполнял что-то невнятное... чайки были солистами...
Аркадий заснул...
Проснулся он от рыданий Розы... она ломала руки, убивалась... и где убивалась?.. на могиле отца...
Она нашла могилу отца... и пещеру, в которой родилась...
Аркадий не пытался утешить Розу... он вспомнил, как Вика искала утопленника, рылась в песке, в водорослях...
Море раскопало могилу и унесло труп ее мужа...
Роза успокоилась... рассказала Аркадию о своем браке, в котором оставалась девой...
Сон велел ей сначала получить прощение у отца, но море встало между ними...
Роза любила отца... он являлся ей во сне... один в трех лицах...
Роза не раз просила мать рассказать ей об отце...
В своих описаниях мужа Вика сгущала краски, доводила все до абсурда, смешивая подлинное с вымыслом...
Вика не скрывала недостатки и пристрастия мужа, но о том, как они очутилась на острове, говорила невнятно, заставляла догадываться...
-- Кассандра сказала, что отец бежал, опасаясь ареста...
-- Бежал...
-- Так он жив или умер?..
-- Он как бы умер... впрочем, как и я...
Вика умолкла...
Вика вспомнила сон... Она спала на песке... был прилив... утопленник выполз из песка, подполз к ее ногам и ужалил в пяту... она вскрикнула и проснулась наполовину в воде...
Бенедикт ввел Вику в театр и сделал ее примадонной...
После нашествия грязи, от театра остались руины...
Пострадал и женский монастырь... и замок примадонны... и кладбище..."
"Роза стояла и смотрела на руины театра... пыль клубилась у ее ног, вокруг...
Высокая, худая и рыжая, в обгоревшей одежде... она пыталась что-то спасти из своих писаний...
Прохожие бросали на Розу взгляды полные страха...
Роза запела...
Прохожие останавливались, слушали...
Одних тряс озноб, других бросало в жар...
Роза умолкла... ушла...
На месте, где она стояла, остался ворох бумаг, в которых рылись сквозняки...
Аркадий поймал лист бумаги, витающий в воздухе, исписанные женской рукой...
Многие слова были ему непонятны...
-- Еще одна иллюзия, разрушающая реальность... - пробормотал он...
Не было в записях серьезных мыслей... лишь что-то смутное, неопределенное...
