В ответ она схватила десертную вилку, воткнула её в торт и дрожащей рукой поднесла ко рту. Лоб её блестел от пота, Бетани сверлила торт взглядом и пыталась открыть рот.
– Давай же, ты справишься, – подначивал её Эбенизер. – Или хочешь признать поражение?
Бетани зажмурилась и запихнула торт в рот. Сочась тошнотворной сладостью, он проскользнул по её горлу прямо в желудок.
– О-о-о-о-ой! – завопила Бетани и обхватила руками живот, который снова мучительно застонал. – Нет, я не могу, не могу больше!
Эбенизер не знал, что думать. Жалко, конечно, что Бетани перестала есть, но, с другой стороны, он был рад выйти победителем из их состязания.
– Слабачка, – сказал он Бетани. – Я оставлю торт здесь, как напоминание о том, какая ты жалкая.
С этими словами он вышел из кухни, снял с вешалки третье по счёту лучшее пальто и направился к выходу.
– Ты куда собрался? – закричала ему вслед Бетани.
– В кино. Показывают новый фильм про супергероев.
– Я люблю кино, – сказала Бетани.
– Надо же, как интересно. Жаль, что я не хожу в кино со всякими слабачками.
И Эбенизер громко хлопнул дверью. Приятно было для разнообразия накормить Бетани её собственным лекарством.
Фильм оказался на редкость скучным: герои только и делали, что летали и кричали друг на друга. Но последней каплей стали зрители, которые сидели перед Эбенизером и громко смеялись над каждой глупой шуткой.
Домой Эбенизер вернулся в отвратительном настроении. Впрочем, не встретив Бетани, он слегка приободрился. Очевидно, девочка уже легла спать. А обнаружив, что на кухне не осталось и следа второго шоколадного торта, Эбенизер и вовсе развеселился. Мысль о том, что Бетани съела целых два торта, привела его в прекрасное расположение духа. Уж теперь-то монстр точно не сочтёт её слишком худой.
Эбенизер не мог унять любопытство. Он должен был увидеть, какой стала Бетани.
Перепрыгивая через две ступеньки, Эбенизер помчался вверх по лестнице на восьмой этаж, где располагалась самая большая спальня. Он не сомневался, что Бетани выбрала именно её. Сунув нос в комнату, он и в самом деле обнаружил Бетани развалившейся на кровати, словно морская звезда. Она храпела, и пальцы у неё были выпачканы в шоколадном торте.
Эбенизер прокрался в спальню, чтобы рассмотреть Бетани получше. И был ужасно разочарован увиденным.
Бетани ни капли не увеличилась с тех пор, как он ушёл в кино. И вот что странно – хотя руки её были покрыты шоколадом, возле рта не наблюдалось ни малейших следов торта. Как такое могло случиться?
На прикроватный столик Бетани положила смятую фотографию, которую принесла из приюта. Это был выцветший чёрно-белый снимок мужчины с усами и женщины, как ни странно, без усов. Они сидели на галечном пляже, мужчина держал на руках недовольного младенца, а женщина – развёрнутую газету.
Эбенизер вернул фотографию на место и на цыпочках вышел из комнаты. Его спальня располагалась на четырнадцатом этаже, куда он и направился.
Поднимаясь по лестнице, Эбенизер заметил что-то странное в картинах и произведениях искусства. Он остановился, пригляделся – и испуганно ахнул:
– О нет! Нет-нет-нет! – воскликнул он, наконец сообразив, почему Бетани запачкала шоколадом только пальцы.
Её рот остался чистым, потому что Бетани не съела ни кусочка второго торта. Она потратила его на то, чтобы размалевать картины! Не помня себя от ужаса, Эбенизер взлетел на одиннадцатый этаж, чтобы посмотреть, что Бетани сотворила с его любимчиками.
Всё оказалось ещё хуже, чем он ожидал. Женщине со свёрнутым на бок носом Бетани пририсовала шоколадные очки, супругам – улыбки из мороженого, так что теперь они выглядели вполне довольными друг другом. А скелет с сигарой в зубах её стараниями теперь щеголял безумной причёской из карамельного соуса.
Эбенизер подбежал к драгоценному портрету золотого мальчика и упал перед ним на колени.
– Нет! Что она с тобой сделала! – всхлипывая, простонал он.
Бетани превратила мальчика в брюнета, щедро размазав по его волосам кусок торта. Над верхней губой мальчика теперь красовались карамельные усы, отчего вид у него сделался ужасно нелепый, а от красоты не осталось и следа.
Прямо под портретом Бетани оставила для Эбенизера послание, написанное крупными шоколадными буквами:
Эбенизер кинулся наверх, чувствуя, как горячие слёзы жгут глаза. Он рывком распахнул дверь на чердак и с удивлением обнаружил, что монстр покинул своё привычное место за портьерой и перемещался из одного конца комнаты в другой. Чудовище двигалось медленно, с натугой, обливаясь липким потом. Эбенизер бросился к монстру на помощь.
– Что случилось? – спросил он.
– Всё ХОРОШО! – огрызнулся монстр, хотя было понятно, что всё совсем НЕ хорошо. Чудовище задыхалось, а три его глаза устало вращались. – Я делаю зарядку!
За пятьсот лет Эбенизер ни разу не видел, чтобы монстр делал зарядку: обычно обитатель чердака старался двигаться как можно меньше. Интересно, что заставило его изменить привычкам?
– Это потому, что Бетани назвала тебя бесформенной кучей? – осторожно спросил Эбенизер.
