- В комнате у Терри я нашел записку и заполненную вольную для Ская. Мой сын смог его отпустить. И просил меня помочь Скаю начать новую жизнь. Только... было поздно. Ская на Сиерре не было уже больше месяца.
Комментарий к Правда ч.4
От беты: проверено.
========== Дыхание ==========
- Я рядом, - снова повторил Эрик.
Скай глаза открыл. Но смотрел куда-то далеко, сквозь Эрика, в какие-то свои поднебесные дали.
Ничего. Все еще впереди. И увидит, и узнает, и улыбнется.
Главное, дышит, главное, в себя пришел.
Таких осторожных пробуждений было несколько. Иногда Скай просто открывал глаза, чуть вздыхал и тут же, морщась, закрывал с силой. Словно видеть не хотел окружающее пространство.
Иногда было немного легче. Его взгляд останавливался на Эрике. Скай всматривался, глаза на секунду изумрудами загорались, но не мог долго внутренний огонь держать и, снова затухая, засыпал.
А вечером вдруг, когда Эрик бессменным сторожем у постели так же сидел, услышал слишком неправдоподобное, тихое, как шепот.
- Ты рядом... Спасибо...
И даже думал, что почудилось, потому что Скай снова дышал размеренно и тихо. Спал.
И после этого очень хотелось дождаться, когда, пусть шепотом и еле слышно, но голос услышит.
А первое большое пробуждение было сложным.
Скай все понимал, все чувствовал, и было видно, что то, что он понимает и чувствует, ему совершенно не нравится.
-Не сон... - хрипло и даже обиженно. - Зачем?
А как Эрик мог объяснить "зачем", если сам ответа не знал.
- Живи, - попросил. - Я знаю, что пока плохо. Я понимаю. Но... Живи, пожалуйста. Не уходи...
Скай выслушал, задумался и, попытавшись перевернуться на бок, натягивая одеяло, ответил тем же полушепотом и хрипом...
- Не могу... Больно.
И снова пришлось ждать, когда заснет, и рядом быть, утешая, по волосам гладя.
Наблюдая за Скаем, сложное впечатление получал Эрик. Казалось, что парень в двух измерениях застрял или на раздорожье остановился и решить даже для себя не может, что выбрать.
Выбор, как дамокловым мечем висел, потому что Эрик понимал, между чем и чем Скай выбирает.
После было:
- Зачем ты меня спасал? - горькое, утреннее, упреком.
И не ждал ответа. Не хотел ответа.
А чуть позже, в обед, так же открывая глаза, так же Эрика разглядывая, попросил:
- Отпусти меня. Трудно дышать. Не могу... - самой длинной фраза была за все это время.
А Эрик, упрямо головой мотнул, за плечи тряхнув, к лицу наклоняясь и в глаза заглядывая, ответил:
- Не отпущу. И не надейся.