— Да, Талли, дай посмотреть, — отвечает он, в его голосе слышится веселье. Широко улыбаясь, я открываю дверь и выхожу.
— Та-да! — Я кручусь: — Что скажешь?
У него отпадает челюсть, и он сидит неподвижно, как статуя, а я начинаю паниковать, стесняясь прикоснуться к костюму.
— Глупо выгляжу?
— Нет, — едва слышно произносит он, и, когда встает и идет ко мне, я замираю от интенсивности его взгляда. — Я должен никогда не выпускать тебя из своего гнезда. Ты выглядишь как одна из нас, моя идеальная пара. — Когда Катон останавливается передо мной, то с мурлыканьем поглаживает мех, обводит мой макияж, а затем колеблются над моими волосами, а его губы изгибаются.
— Ты сделала из своих волос рога, — шепчет он.
— Значит, мы идеально подходим друг другу. — Я хихикаю, поворачиваясь и еще раз любуясь собой в зеркале. Светлые волны были закручены в два, пусть и небольших, рога, а остальные волосы струятся волнами. Выгляжу я, если можно так выразиться, неплохо и вполне подхожу на роль спутницы монстра.
— Ты выглядишь достаточно хорошо, чтобы съесть тебя, — хмыкает он, и я со смехом отступаю назад.
— Плохой монстр! — ругаю его, убегая.
— Разве ты не знаешь, что нельзя убегать от хищника, Талли? — поддразнивает он, преследуя меня. — Мы всегда ловим свою добычу.
⁓
Когда мы добираемся до места встречи, мне приходится отбиваться от Катона — он постоянно распускает руки, — но вскоре успокаивается, когда мы заходим в лабораторию. Я решила, что это лучшее место для встречи, ведь именно здесь все началось и, надеюсь, закончится. Мое счастье теряется на фоне нервозности, когда я жду их прихода.
То, что я им скажу, изменит все, и мне почти стыдно за то, что я стану виновником этой новости. Я надеялась, что ошибалась, но знаю, что это не так. То, что они сделали… Я качаю головой в отвращении, все еще пытаясь осознать все это.
Времени на раздумья и переживания больше нет, потому что на лестнице появляется усмехающаяся Ария. Брачная жизнь пошла ей на пользу. На ней короткая меховая юбка и топ, а ее огненные волосы заплетены в косу, демонстрируют ее отмеченную спину.
Акуджи идет по пятам, не спуская глаз со своей спутницы жизни, даже когда приветствует нас.
— Талли. — Ария обнимает меня, заставляя вздрогнуть, и тут же отстраняется. — Что случилось? — Она пытается повернуть меня, и я охотно подчиняюсь. — Талия! — кричит она.
Смеясь, я беру Катона за руку.
— Мы тоже спаривались.
Она визжит и снова лезет обниматься, но потом шлепает меня по руке.
— А нас не пригласили!
— Это были только мы, скромно и интимно. — Я пожимаю плечами.
— Поздравляю, брат. — Акуджи с ухмылкой хлопает Катона по спине. — Знал, что ты будешь следующим.
— Как я мог не быть? — Катон подмигивает мне.
— Это новости? — взволнованно спрашивает Ария, и я трезвею, тяжело сглатывая.
— Нет, я нашла кое-что в исследованиях, кое-что… кое-что, во что я с трудом могу поверить, но я думаю, что будет лучше, если я просто объясню без вопросов, хорошо? Я пока не знаю, что это значит и что делать дальше, но это касается всех… Это касается нас, Ария.
Она внимательно смотрит на меня и скрещивает руки.
— Что бы ты ни сказала, мы справимся. Мы доверяем тебе, Талия. Говори.
Акуджи кладет ладонь на плечо своей подруги, и Ария прислоняется к нему. Катон подходит ко мне, предлагая свою силу и мне, в основном повторяя позы остальных.
Облизывая губы, я смотрю на него, и он кивает.
— Итак, мы знаем, что люди создали монстров. Они экспериментировали над ними, чтобы достичь своих целей. В штаб-квартире я узнала не только это, но и то, что с тех пор, как была возведена стена, они пытались создать еще больше, соединяя различные ДНК. Думаю, они сделали это и здесь, а значит, у некоторых монстров могут быть разные черты или сильные стороны, но они также… они также создали программу размножения. — Глаза Арии сужаются, и я киваю. — Они хотят, чтобы люди и монстры спаривались. Им нужно потомство для следующего поколения, и они поняли, что для достижения цели им нужны спаренные пары. Вот почему они отправили нас за стену, надеясь, что так и будет. Вот почему… вот почему… — Катон притягивает меня ближе, и я продолжаю. — Они хотели чтобы меня изнасиловали, но монстр отказался. — Ария фыркает, и я продолжаю. — Оказывается, наши тела меняются, когда мы спариваемся. — Ее глаза вспыхивают, и я понимаю, что она это знает. — Наша кровь, вся наша сущность меняется. Это великолепно и с научной точки зрения невозможно, но это происходит, и именно этого они хотели. Они накачивали трущобы наркотиками. Вот почему так много болезней и смертей. Они отсеивают слабых, но когда я копнула глубже…
— Что? — Ария спрашивает.
— Они меняют нашу ДНК, и это неестественно, но я поняла, что некоторые из наши ДНК изначально не были естественными. Я думаю, они ставят на нас эксперименты. Я думаю, это один большой эксперимент. — Тяжело сглотнув, я встречаюсь с ними взглядом. — И я не думаю, что мы вообще люди.
Эта новость взрывается как бомба, а Ария просто смотрит.
Я смотрю в ответ, не зная, что еще сказать.
