Спустя семь минут.
Алексей:
«Ой, да пошёл ты»
Алексей:
«Я тебя не видел сотню лет, а ты меняешь меня на очередное бабское чтиво»
Я:
«И с чего ты взял что оно бабское?»
Причмокнув, я захожу в «Skype” и нажимаю на голубой значок видеозвонка. Ответа долго ждать не пришлось. Мой друг сидел на своей тесной кровати, по всему периметру которой разбросаны фантики от шоколадных «твинкис». Этот факт меня удивил, ведь Лёша особым свинством никогда и не отличался.
– Ты сидишь на подоконнике? – сощурившись хмыкнул он – О да, типичная жертва маньяка: остывший латте в побитой чашке, отстранённый грустный взгляд пялящий в окно, влажные глаза и своевременные отчаянные всхлипывания.
– Всё совсем не так.
– А как же?
– Ты у меня где-то видишь латте?
Алексей засмеялся, скосившись на обёртку печенья. Спустя секунду он выкинул её прочь из кадра.
– Я всё понял – самодовольно в ответ хмыкнул я – У тебя травма «ПОСТ-БРОШЕННОГО-ПЕРИОДА»
– Нет.
– Ага.
– Не-а.
– ДА – Алексей умолк, выждав паузу я добавил – Обертки от «твинкис», прокисший как старое молоко взгляд. Та девчонка с голубыми косичками тебя кинула?
– Во-первых они были синими, во-вторых у меня уже появилась другая – я промолчал, пытаясь вспомнить рассказывал ли он за свою «другую» – Старшеклассница – я молчал – Со светлым каре – я продолжал молчать – Да ты чёртов эгоист!
Расплывшись в улыбке, я наконец подал знак присутствия:
– Я скучал.
– А я нет.
– Ты врёшь, я это понял по миллиону бессмысленных СМС.
Алексей – персона, которая уверенно шла рядом со мной даже во времена самых тёмных и мрачных дней последних нескольких лет. Он всегда был рядом, и удивительно, никогда не докучал. Этот человек столь неоднозначен и по-своему странен, что наскучить он чисто физически не сможет.
Нахальный отличник с каштановыми волосами и выстриженным будто под линейку аккуратным пробором в них, носящий джинсовые куртки летом даже в тридцатиградусную жару. Иногда нас по ошибке принимают братьями за счёт бледного цвета кожи и периодически всплывающими под глазами тяжёлыми синяками. Мы оба обожаем слэшеры (конечно, он больший фанат в двузначной степени), безумцы, способные назвать актрису, исполнившую роль маман Джейсона в любом из фильмов «Пятницы 13-ое» (в двух первых Бетси Палмер, если интересно).
Факт в том, что Алексей единственный человек при общении с которым у меня не возникает неловких пауз или моментов, когда хочется убежать от пустынных разговоров ни о чём. И почему я ещё ни разу не заикнулся о нём, потягивая резину до последнего? Да уж, его персона проскальзывает через весь текст оставаясь висеть в тёмном уголке как то ружьё, которое когда-то должно выстрелить.
А история знакомства с человеком, единственным имеющим доступ к моей личной жизни, тщательно скрытой от посторонних глаз, весьма интересна.
Мой первый город после родного. Назовём его «Город номер два». Пыльный серый муравейник, от нескончаемого череда домиков -серых коробок которого можно было сойти с ума.
Поселились мы в маленькой квартире на пятом этаже, ночью в которой невозможно было уснуть из-за постоянно развлекающихся на пожарной лестнице подростков. Наш район прозвали «хип-хоп столицей» города, возможно из-за того что там больший процент жителей составляли чёрные, возможно из-за того что за каждым углом там закатывали рэп-баттл.
Жили мы над столовой, в которой двадцать четыре часа в сутки продавали жаренный фалафель. Открыть окно не представлялось возможным, ведь секунды – и вся квартира в зловонном аромате бобовых завёрнутых в жирные лепёшки.
Приходилось мириться.
Я спал на пахнущем одеколоном «Old-Spice” матрасе на полу, поджимая колени к груди. Пах он так скорее всего из-за прошлого жителя. Засыпая, я прямо таки представлял уставшего потного работягу, доставляющего косметику с интернет-магазинов для домохозяек и выслушивающего унижения от проходящих мимо хипхоперов.
Но не суть.
Вставая в шесть сорок я бежал в мрачную захолустную школу, про которую по городу ходили назойливые фантастические слухи. Фантастическими они мне казались до того как я переступил её порог.
Все кирпичные стены были исписаны кривыми граффити, в некоторых местах окна выбиты как после атомной бомбардировки, а по коридорам всегда витал запах травки. Он заставлял глаза слезиться, рот кашлять а нос задыхаться. Но никто ничего с этим не делал.
– Может директор получает процент от продажи дури? – предположил однажды Алексей, идя со мной в столовую.
Ребята там смотрели на меня так, будто готовы были сожрать с секунды на секунду. Одному выживать там – не вариант. Уже в первый день второго полугодия шестого класса, идя домой после биологии за мной увязались крикливые выскочки в грязных спортивных костюмах на велосипедах. И Бог знает что со мной было, если бы не мама вышедшая буквально ниоткуда.
