– Я всегда уверенна, а вот твои глупые байки – это повод усомнится в твоём уме. Настоятельно рекомендую тебе не вникать в подобные истории, выдуманные подростками для таких как ты.
Громкий визгливый голос стих. Учительница взяла в руки ручку, опять склонившись над тетрадями. Разговор окончен. Я ринулся к выходу, проматывая очередную порцию вопросов, появившихся после этого разговора. Они появлялись передо мной как трофеи в видеоиграх. «Что она скрывает?», «Что скрывает город?», «Зачем она знает о всех Интернет статьях?»
Странная реакция на не менее странные вопрос.
Я захлопнул дверь, услышав аппетитное причмокивание. Историчка взяла в рот леденец, шурша обёрткой в руках.
Вечер выдался райским в сравнении с вчерашним: никакой горящей блондинки, никаких откровений про кровавое прошлое города, ничего, что заслуживает внимания ценителя хоррор-содержимого в книгах.
Я сидел на кухне, наблюдая за тем как моя мама мастерски готовит блинчики. Она вообще в этом спец сколько себя помню. Они выходят идеальными – круглые и румяные как загорелая модель. Лучшие в её исполнении: классические с клубникой и нутеллой. Выходит приторно, но после них тело переполняет чувство удовлетворённости. Такое не сыскать. Оно появляется лишь тогда, когда живот полон и свободного места не остаётся.
Прекрасное чувство.
В его ожидании я вращал в руках телефон, переписываясь с Максом. Десять минут назад он позвонил мне, напомнив об экспедиции в логово старой кошатницы. Также, быстро выгрузил информацию о сегодняшней драке. В ней он выглядел настоящим рыцарем без упрёка – благородным и отважным.
После, каждые пять минут пересылал СМС наподобии «Не забудь. Сегодня в семь», «Ты ещё помнишь? Сегодня в семь», «Ты не заснул?»
«Да-да, сегодня в семь, я помню»
План прост до абсурда: ввалится к дряблой тигрице домой под видом журналистов школьной газеты. Интервью о старожилах города: это должна быть самая глупая и скучная статья, если бы она вышла. Между делом выясним, не скрывает одинокая кошёлка чего-либо. После этого смотаемся.
Нам этого показалось достаточно.
Достаточно, чтоб узнать что же забыла МаМа на фотографии столетней давности. Достаточно, чтоб узнать с кем она встречается по ночам в парке.
Я полностью растворился в переписке с Евой. На секунды все проблемы ушли на задний план, голоса затихли, внешний мир потемнел и стал тусклее. На губах застыла улыбка, мы с ней обсуждали «Ночь нежна» Френсиса Скотта Фицджеральда, она написала мне сразу после моей «Стори» с этой книгой. Ничего особенного: книга, письменный стол и хэштег «релакс после школы». На фото смайликом, закатывающим глаза ответил Андрей.
«Розмэри или Николь?» – с этого начался разговор.
«И как их можно сравнивать?»
– Что за повод для улыбки? – спрашивает мама, оставив тарелку с политыми шоколадом блинами передо мной. Сладость тонкой струйкой описывает аккуратное сердечко – очень мило. Но в слух я этого не замечаю
– Да так, переписка с подругой.
– Ева? Милая девочка – мама затихает. В комнату вошёл отец, молча сев за своё место – У вас что-то есть?
Я причмокиваю, собираясь отреагировать холодной грубостью. Видя улыбку на лице мамы сразу откидываю эту идею:
– Да. Что-то есть.
Благодарю судьбу, или кого там надо благодарить, за таких тактичных родителей. Никаких больше вопросов: мама начала описывать милую семью, с которой она познакомилась в супермаркете. Ничего удивительного – она заведёт беседу даже с мертвецом, лежащим в гробу. Говорят, у этой семейки настоящая ферма. А ещё, они пригласили нас в гости.
Я морщусь от этого предложения как от обсуждения фекалий за столом. «Гости?!» – «Угу». Меньше всего я хочу в гости. Меньше всего хочу заводить новые знакомства. И вообще, последнее время я чувствую такую пустоту, словно внутри меня гоняют сквозняки. Она накатывает переодически – вроде хочу о чём-то задуматься, но не получается. В голове ничего нет. Каждая мысль тяжёлый неподъёмный груз. Не хочется ничего – чувствую себя долькой лимона, из которой высосали все соки.
Замечаю выражение лица отца: губы окрасились в шоколадный цвет, в уголках рта виднеются кусочки банана. Поникший, опустевший – должно быть чувствует то же, что и я.
В глазах пустота. Плечи поднимаются к ушам. Он лишь кивает в ответ на все наши разговоры. Возможно, сильно устал.
– Как работа, пап?
Начинается длинный отчёт по рабочим будням администратора завода. Цифры и сухие факты. Позволю себя перемотать это и остановится на моменте, где начинаются свежие сплетни:
– Я видел Арсения и ту девчонку вместе. Опять.
Мама отложила блин и с недоумением засмотрелась на отца.
– В кабинете. Они развлекались прямо на столе.
Я успел свыкнутся с мыслью о том, что эта новость не уйдёт дальше нашего обеденного стола.
– Почему ему не достаточно своей жены? – с искренним непониманием спросил я. Надин мне с самого детства виделась самой красивой девушкой земного шара – Она же такая.... Такая…
