Техники принялись работать со своими компьютерами. Второй, встав, указал на один из экранов.
— Не думаю, что целью являлись мы, сэр. По-моему, они расставляли мины в проливе. Как я понимаю, обломок одного из самолетов при падении задел мину.
Майор постоял минутку, глядя на воду в том месте, где взорвались обломки самолета.
— Дайте мне флот председателя. Ему надо изменить курс, — сказал он, взмахом руки отсылая Дэвида и Камау прочь.
Из командного центра Дэвид смог взглянуть на бараки, где слышал возню по пути. Они были забиты людьми, сгрудившимися в темноте, — должно быть, две или три тысячи человек. «Варвары, дожидающиеся перевозчика», — сказал Рукин. «Кто же мог так с ними поступить?»
Обратно в жилое крыло Камау и Дэвид шли в молчании. Вернувшись в комнату, Вэйл знаком велел Камау остаться.
— Что это было?
— Эскадрилья Королевских ВВС. Мы уже давно не видели ни единого их самолета. Вскоре после вспышки заболевания они попытались захватить базу, прежде чем Иммари спалили город и установили зенитные батареи. Мы думали, у британцев закончилось реактивное топливо.
— Зачем они сбросили мины?
— Дориан Слоун направляется сюда, ведя главный флот Иммари на север. Они собираются вторгнуться в Европу. Как я понимаю, британцы заминировали пролив, чтобы отрезать флот от Средиземного моря.
— Насколько далеко Слоун?
— Главный флот еще в нескольких днях пути. Я только что читал доклад, где говорится, что Слоун совершил вылет вдоль побережья и возглавляет флотилию, идущую в авангарде. У него явно что-то на уме. Он может прибыть прямо сегодня ночью.
Дэвид кивнул. Слоун. Здесь. Захват Сеуты до его прибытия может спасти куда больше жизней, чем предполагал Дэвид, — если удастся убить или захватить Слоуна. И он только что видел средство для осуществления этой задачи.
— Что это за орудия?
— Рельсотроны, — сообщил Камау.
— Не может быть!
— Это секретная программа разработки вооружений «Иммари Рисеч».
Дэвид знал, что армия США экспериментировала с технологией рельсового разгона масс, но до активного применения рельсотронов дело пока не дошло. Главная проблема заключается в энергии. Рельсотроны потребляют уйму электричества, чтобы разогнать снаряд до сверхзвуковой скорости — свыше шести тысяч двухсот километров в час.
— А где они берут энергию?
— У них специальная солнечная электроподстанция, несколько комплексов зеркал неподалеку от гавани.
— Дальнобойность?
— Не в курсе. Знаю лишь, что во время вторжения в Южную Испанию они вели огонь по целям в Марбелье и даже Малаге — на удалении свыше сотни километров.
Невероятно. Орудия в Сеуте вполне способны уничтожить любой приближающийся флот, а то и всю армию Иммари в Южной Испании. Нельзя ли пустить их в ход…
Камау будто прочел его мысли.
— Даже если мы захватим башню командного пункта, направить орудия внутрь базы невозможно.
Дэвид кивнул.
— А что это за всадники?
— Пережившие чуму. Берберы. С крахом цивилизации они вернулись к своим исконным корням. В остальном наши разведданные о них крайне скудны.
— Сколько их там?
— Неизвестно.
В голове у Дэвида начал мало-помалу складываться план.
— А Рукин? Что он собой представляет?
— Жесток. Компетентен.
— Грешки?
— Только курение… и женщины.
Дэвид снял свой армейский китель Иммари. При упоминании о женщинах ему сразу вспомнилась девушка, приходившая к нему в комнату. И тотчас же перед мысленным взором вспыхнул вытеснивший ее образ Кейт. Он попытался отогнать его, но должен был знать… Это было рискованно, однако Дэвид решился задать вопрос, вертевшийся на языке с самого прибытия в Сеуту.
— Ты не видел рапортов о женщине по имени Кейт Уорнер?
— Не меньше тысячи. Она самая разыскиваемая особа на свете.
Страх тряхнул Дэвида как удар тока. Этого он не ожидал.
— Кто ее разыскивает?
— Все. Иммари, Альянс Орхидеи…
— Предполагаемое местонахождение?
— Иммари оно неизвестно. Во всяком случае, нас не уведомили.
Дэвид кивнул. Быть может, Кейт еще жива. Он надеялся, что она скрывается где-нибудь далеко, вне досягаемости Иммари. О том, чтобы ее разыскать, нечего было и думать, даже если он отправится на поиски прямо сейчас. А ведь его еще ждет работа здесь.
— Ладно, раздобудь мне какую-нибудь штатскую одежонку. И лучшего коня, какого сумеешь.
— Все чисто. Можете приступать, — капитан повернулся к двум подчиненным. — И проверьте, нет ли у доктора Чанга и доктор Януса трупов, от которых пора избавиться.
Старший из двоих кивнул, и оба удалились с мостика.
На нижней палубе они принялись натягивать костюмы, которые каждый раз надевали.
— Ты когда-нибудь задумывался о том, что мы делаем? — спросил младший.
— Стараюсь не думать.
— По-твоему, это нехорошо?
Старший лишь молча поднял на него глаза.
— Они же люди, только больные.
— Правда? Ты ученый? Я — нет. Уборщикам платят не за то, чтобы думали.
— Да, но…
