Фейли дёрнула охотника за рукав и попросила не причинять Бличу боли. Но мальчик не нуждался в её защите. Блич словно не услышал, что речь о нём. Он задумчиво смотрел в воды подземного озера и что-то шептал.
– Ты, борец за счастье человечества! – начал распаляться профессор. – Никогда не устаёшь напоминать, что мои воспитанники не люди. А ты сам – человек? Ответь, сволочь, ты сам – человек?! Они не умеют ненавидеть, ненавидеть по-настоящему, долго и мстительно – ты не умеешь любить, любить по-настоящему, верно и преданно. Они никогда не предают друзей – тебе некого предавать, потому что никто с тобой не дружит. Они не умеют врать – ты, случалось, врал самому себе, вампир верно подметил. Они лишены львиной доли человеческих пороков – ты лишён большей части человеческих добродетелей! Так кто из вас больший человек, ответь, тварь, которая вздумала говорить от имени человечества!
Блич по-прежнему смотрел в воду, Фейли отпустила руку охотника и с тревогой наблюдала за переменами в опекуне. Бандиты вообще не понимали, о чём разговор. А вот охотник понимал всё.
Профессор догадался, что дальше – финал. Когда они начали спуск по тайному ходу, он вертел головой, словно чего-то ожидая, какого-то чуда, что кто-то придёт из боковых коридоров на помощь несчастным детям.
Но не случилось. А сейчас они причалят к берегу – и всё. Впереди – только выход из подземелья. А дальше – столица. Разумеется, никакого человека, который знает, где герцог, не существует. И всё равно герцог в столице, это и ребёнку понятно, где ж ему ещё быть. А как его найти, разберёмся на месте.
Неизвестно, на какое чудо надеялся профессор, но сейчас он понял, что надежды были напрасны. И остался только один путь спасти приёмышей: попробовать самому убить охотника. Единственным ему, не умеющему драться, не знающему оружия, доступным способом: ценой собственной жизни.
Мечник понял из позы, которую принял профессор, что он собирается прыгнуть на него и утащить под воду. Вцепиться мёртвой хваткой и, приняв смерть самому, заставить захлебнуться и убийцу теней.
Охотник знал, что план провальный. Да, встречный удар не остановит прыжка, да, профессору получится упасть вместе с мечником в воду. Но дальше мечник легко избавится от захвата и втащит Найруса, прежде оглушив, в лодку. Можно, конечно, и не втаскивать, но пусть помнит, что Олэ – убийца, но не людей. И потом, исследования профессора, может, и правда принесут пользу в деле борьбы с Угрозой.
Но что это блестит в его руке? Хотя слово «блестит» не совсем то, какое можно использовать относительно клинка теней. М-да, родная кровь, конечно, сильный стимул, но ярость в защиту воспитанников тоже не стоит недооценивать.
– Да, охотник, да. То, что ты подумал, – злорадно улыбаясь, сказал профессор.
Вампир, надеясь разжалобить охотника, рассказал и историю шрама на спине Блича, поэтому Олэ сразу понял, откуда теневое оружие. Ах, старая сволочь, так ты обманул воспитанника: не утопил тот нож, а спрятал на самый крайний случай.
Охотник сделал вид, что ему смешно. А пальцы уже легли на один из метательных ножей.
План меняется. Я убийца, но не людей. Однако ты не оставляешь мне выхода. С клинком, который рассекает всё, к чему прикасается, может натворить бед и такой тюфяк, – знаем, встречали, тридцать шестая и тридцать восьмая зарубка. Поэтому никакого шанса. Метательный нож настигнет тебя раньше, чем ты прыгнешь.
– Э, ребят, вы чего задумали там? Что за кровянка среди своих! – всполошились гвардейцы.
– Умоляю, – пролепетала Фейли.
А Блич… Блич вдруг вышел из состояния прострации. Он что-то заметил в воде. Глаза его расширились, а с уст сорвался стон изумления. Фейли опустила глаза и вскрикнула.
Будь перед ним настоящий боец, Олэ никогда бы так не сделал, но с книжным червём можно драться и расслабившись. Уверенный, что успеет боковым зрением упредить атаку, охотник посмотрел, что же так изумило Фейли и Блича. И тоже не остался равнодушным.
– Да чтоб вас всех!
Найрус немедленно воспользовался замешательством Олэ.
– Умри, сволочь!
Охотник сильно недооценил того, кого называл с презрением «книжный червь». Метательный нож выпал из пальцев и под тяжестью профессора Олэ упал в воду.
В то же самое мгновение в воздухе просвистели арбалетные болты. Они могли задеть Блича и Фейли, если бы дети не прыгнули в воду за секунду до того, как туда плюхнулся опекун с охотником.
Тень, та самая тень, едва заметная в ряби воды для простого человека, но ясная и чёткая для народа Теней, которая призывала жестами Фейли и Блича нырять, разочарованно всплеснула руками: пара выстрелов предназначалась охотнику.
Два стрелка, самые меткие, били по охотнику на теней прямо в зазоры между пассажирами первой лодки. Их выстрелы не попали в предназначенную цель, но не прошли даром. Рулевой третьей лодки схватился за плечо, его товарищ получил смертельное ранение в грудь. Остальные шесть стрелков ополовинили экипаж авангардной лодки.
