Я оглядел свое тело. Все элементы экипировки, кроме сапог, остались на мне. Ступни выглядели человеческими, но омертвевшая и похолодевшая плоть подтверждала: Скиф стал нежитью.
Открытый профиль сообщил то же самое:
Класс и потенциал «угрозы» тоже сохранились. Звание инициала отображалось, и это давало надежду, что Бегемот вернется. Без Спящих, но с Чумным мором, мой потенциал был только L – он взлетел до максимального, только когда я стал инициалом Спящих.
Я снова прислушался к себе, пытаясь уловить хоть какой-нибудь знак от Бегемота. Ничего.
За пирамидой из плит, на которой ранее стоял храм, я нашел место своей смерти. Земля там напоминала пепел, размякший после ливня и высохший под лучами южного солнца. А вот и мои вмурованные в подсохшую грязь сапоги – никто из мертвецов на них не позарился. Я подобрал их и тут же обул.
Дальше по улице виднелась стая
Вдоль улицы бесцельно бродили высокоуровневые скелеты и зомби. Желтый цвет названий мобов говорил о том, что твари ко мне нейтральны. Чуть дальше, за воротами форта, что-то громыхало, и я направился туда. Нежить не обратила на меня никакого внимания, будто я стал одним из них. Хотя так оно и было.
Не знаю, почему лич Шазз оставил форт нетронутым, возможно, мешала аура Спящих, но строительство он развернул снаружи. Огромный, метров сто, участок джунглей был вырублен –
Только сейчас я сообразил, что Чумной мор преображает местность: почва вокруг была похожа на то, что я видел у храма, – блекло-серая вязкая субстанция. В голове промелькнула аналогия: терраформирование Марса, после которого планета обзаведется растительностью, водой, атмосферой и станет пригодной для жизни. Только в случае нежити все происходило намного быстрее и скорее в обратную сторону.
Вырубленный лес сваливался у огромной недостроенной арки, слепленной, похоже, из пепла, покрывавшего землю. Кто возводил арку, я не понял. Однако, присмотревшись, увидел, как из срубленных деревьев вытягиваются полупрозрачные струйки и вливаются в арку, а зеленые листья в считаные секунды теряют цвет, ссыхаются и опадают серой пылью. Арка же понемногу подрастает. Значит, материал для их магии – сама энергия жизни? Или, вернее, смерти?
Я ощутил под ногами вибрацию. Земля забугрилась и пошла ходуном. В нескольких метрах от меня с фонтаном осыпающейся грязи вырвался пятиметровый
Бледно-желтый, разбухший, как опарыш, червь повел длинными жесткими усиками, повернув безглазую щетинистую морду ко мне, и снова зарылся. 236-й уровень этого моба и остальной нежити навели на мысль о том, что Чумной мор не готов к серьезному противостоянию. Один слаженный рейд любого топ-клана разнесет всю эту гнилую армию на молекулы. А это значит, что я Ядру нужен больше, чем оно мне. Пришло время выяснить подробности.
Невозмутимо расталкивая скелетов, я направился к Шаззу. Вряд ли на мои вопросы мог ответить кто-то из его мертвых прислужников. Лич увидел меня, но никак не среагировал, продолжая парить в воздухе и отдавать молчаливые приказы. Без него здесь все, наверное, рассыплется, а безмозглая нежить разбредется по округе, и всех пожрет Монти. Странно, что ящера до сих пор не видно…
– Жизнь смертна, легат! – вытянув руку, лич показал мне три средних пальца.
Рука Шазза, срубленная минотавром, восстановилась.
Кажется, он ждал от меня какого-то ответа. В отличие Посланника Чумного мора, который когда-то явился в «Буйную флягу» и выдал квест по захвату Тристада, в личе угадывался бывший человек. Но на его лице – ни тени эмоций, лишь бесстрастная маска. Не дождавшись ответа, лич продолжил:
