— Они здорово написаны, — признал Нильс. — Причем хорошо осведомленным человеком. Большинство писателей-детективщиков не знают то, о чем пишут. А Лео Брандер обладает впечатляющими знаниями о криминальном мире. Возможно, его корни в полиции?
— Не исключено, — согласился Йенсен. — Я ничего не знаю о его прошлом. Дело в том, что я вообще ничего не знаю о Лео Брандере.
— Полагаю, что его имя — псевдоним?
— Да, это так.
— А как его зовут в жизни?
— Понятия не имею.
Нильс удивленно поднял брови.
— Но
Во взгляде Йенсена появилось беспокойство.
— У Брандера есть доверенное лицо, которое занимается контактами. С договором помог юрист. Все происходит абсолютно законно, — торопливо заверил он.
Эта часть мало интересовала Нильса, но издателю не обязательно было это знать. Тогда он, возможно, более охотно поговорит о другом…
— А как зовут его доверенное лицо? — спросил он.
— Это в высшей степени уважаемая персона. Доктор Кронборг. У него частная практика на улице Линнегатан. Мы знакомы через братство ордена «Оддфеллоуз»[3]. Он показал мне рукопись Брандера. Иначе мне и в голову не пришло бы издавать детективы. Но доктор Кронборг сильно верил в книгу и, поскольку мы братья по ордену, хотел дать мне шанс, прежде чем обратиться в большие стокгольмские издательства. Как уже говорил, я сомневался. Но детективы стали модны, а у Кронборга хороший деловой нюх. Так что я решил сделать попытку.
— Не зная, кто автор?
— Да, это было его условием. И, как вы понимаете, я ни секунды не жалею. Лео Брандер поставляет две книги в год: одну к Рождеству, другую к лету. Аккуратные рукописи. На хорошем шведском. Требуют минимальной редактуры. А какой почерк! — Йенсен подошел к большому шкафу, открыл ключом, достал рукопись и протянул ее Нильсу. — Вот!
Гуннарссон открыл верхнюю папку. Почерк читался легко и выглядел привлекательно, без клякс. Линии шли безукоризненно прямо, хотя бумага не была разлинована.
— Мечта учительницы по письму, — констатировал он.
— И издателя, — с улыбкой заметил Йенсен. — Лео Брандер не требует авансов. Никогда не жалуется, что книгу плохо рекламируют. Продается нарасхват. И с ним не приходится встречаться. Если б все писатели были как Брандер, какой отрадой стало бы издательское дело!
— Значит, я правильно понял, что у вас нет никакого контакта с Лео Брандером, ни личного, ни письменного?
— Да, это так. Если с ним нужно связаться, обратитесь к доктору Кронборгу. Но не думаю, что он сможет вам помочь. Многие журналисты безуспешно пытались.
— А вам не приходило в голову, что это сам доктор Кронборг пишет книги? — спросил Нильс.
Йенсен рассмеялся.
— У доктора много талантов, но литературный к ним не относится. Он более склонен к практическим вещам.
— Что же, благодарю за уделенное время, — произнес Нильс, допивая пиво из стакана и поднимаясь. — И спасибо за угощение.
Приемная доктора Кронборга была обставлена как салон в знатном доме: мебель в стиле рококо, парчовые гардины… Сейчас она была пуста.
Нильс снял шляпу, счистил красноватую глину, присохшую к брючине, и осторожно присел на миниатюрный стул. Со стороны улицы Линнегатан доносился звон проезжающего мимо трамвая.
Тут открылась двойная дверь в приемную, и появилась медсестра в накрахмаленной шапочке.
— О-о, разве кто-то еще оставался? — удивленно воскликнула она, глядя на Нильса. — Уже почти пять часов, и доктор закончил прием пациентов на сегодня… Но раз уж вы здесь, я спрошу его.
Она исчезла и через несколько секунд вернулась, снисходительно кивнув.
— Ладно. Доктор вас примет.
Доктор Кронборг сидел за письменным столом и что-то писал — вероятно, в журнале посещений. Время от времени он бросал быстрый взгляд в записную книжку из-под очков в золотой оправе. Его щеки над ухоженной поседевшей бородкой покрывал лихорадочный румянец. Лет пятьдесят, подумал Нильс, но в хорошей физической форме. На стене за ним висела картина маслом в золотой раме, изображавшая лисицу под елью. Если б не белый халат, Кронборга можно было бы принять за оптовика, занятого финансовыми подсчетами.
— Доктор Кронборг… — начал Нильс.
Доктор пробормотал что-то, не поднимая головы, и продолжал писать. Наконец решительно поставил точку и повернулся к Нильсу.
— Ну, — произнес он тоном, показывающим, что готов полностью сосредоточить свое внимание на пациенте, — как у вас дела? — И прежде, чем Нильс успел ответить, схватил стетоскоп и привычно скомандовал: — Снимайте рубашку.
— Я отлично себя чувствую, благодарю вас, — сообщил Нильс. — И одежду я лучше не буду снимать. — Он вынул полицейский жетон из кармана. — Старший констебль Гуннарссон, уголовный розыск. Я здесь не в качестве пациента.
— Вот как, — произнес доктор, вынимая стетоскоп из уха и жестом указывая на стул посетителя. — Чем могу помочь?
Нильс сел.
— Я занимаюсь криминальным расследованием и хотел бы побеседовать с писателем Лео Брандером.
Часы тонко пробили пять раз; звук оставался звенящей нотой в воздухе. Доктор выжидающе посмотрел на него поверх очков.
— Вот как?
