— Она была на покойнике, найденном на реке Севеон, — пояснил Нильс. — Мы пытаемся выяснить, кто он. Может быть, вы дадите нам какую-то зацепку?
— Вы нашли его в Севеоне? Какой ужас!
Нильс согласно кивнул.
— Я и платка носового не намочил бы в Севеоне, — заверил закройщик с гримасой отвращения. — Вода там страшно грязная. Фабрики сливают туда все, что угодно… Просто помойка.
— Его нашли выше по течению, подальше от фабрик.
— Ну там, возможно, и почище. Но все же… — Закройщик посмотрел на пиджак и покачал головой. — Какая жалость! Шевиот такого качества не достать, если у вас нет специальных связей. Я свой заказываю в Лондоне. — Понизив голос, он доверительно добавил: — Через старые контакты моего отца на Сэвил-роу[1].
— Хотите сказать, что именно вы пошили пиджак? — спросил Нильс.
Закройщик посмотрел на него удивленно и обиженно.
— А кто же еще? Отца моего уже нет в живых. Уж не думаете ли вы, что кто-то другой в городе способен на такую работу? Ясно, что я.
— А вы не помните, кто был заказчиком?
— Если мне память не изменяет, это был директор Викторссон.
Стараясь как можно меньше прикасаться к вещам, закройщик осмотрел остальную одежду. Подцепил шелковый сиреневый шарф двумя пальцами, как пинцетом, и внимательно осмотрел, а затем, грустно вздохнув, дал ему упасть в кучу одежды.
— Да, это был он.
— Викторссон? — заинтересованно переспросил Нильс. — А как его имя?
— Мы не обращаемся к клиентам по имени, используем лишь титул и фамилию.
— Но, может быть, у вас есть его адрес или номер телефона?
— В этом не было нужды — директор Викторссон сам приходил сюда и забирал одежду.
— А что-нибудь еще вы о нем знаете? Например, директором какого предприятия он был? В какой отрасли? — продолжал Нильс.
Закройщик на секунду задумался и покачал головой.
— Нет, не знаю. Насколько мне известно, он был бизнесмен,
— Большое спасибо за помощь, — поблагодарил Нильс, снова укладывая одежду в сверток.
— О, не столь уж многим я смог помочь, — с сожалением ответил закройщик. — Но вот это пальто, что на вас, — глаза его вдруг зажглись, — вот тут я точно мог бы вам помочь. Мы получили отличные габардиновые плащи именно такого типа. Я мог бы показать вам несколько…
— Очень любезно с вашей стороны, — поблагодарил Нильс, — но, боюсь, они не для моего кошелька.
— Понимаю, понимаю, — согласился закройщик. — Но вот с этой шляпой на вас, — он сделал изящный жест в сторону его головного убора, — ваше пальто не кажется таким уж поношенным. Коричневый цвет вам идет.
Косматый белый пес со сложенной рубашкой в пасти украшал вывеску прачечной «Нимбус» с надписью «Сотни, нет — тысячи — клиентов довольны нашей стиркой и глажкой. Выбирая «Нимбус», вы получаете потрясающий результат!» Фирма явно нанимала рекламное бюро. И результат был действительно потрясающий.
Едва Нильс успел сформулировать свой вопрос, как расторопная приемщица начала листать книгу записей клиентов, одновременно отдавая указания в сторону внутренних помещений, скрытых паром, и принимая заказ клиента по телефону. Прижимая трубку телефона к уху, она что-то быстро записала на клочке бумаги и протянула Нильсу.
Вскоре тот уже катил на велосипеде по адресу, куда доставлялись рубашки директора Викторссона. Для статуса директора адрес был явно непримечательный.
На стук в дверь квартиры никто не ответил.
— Вам нужно это оставить? — спросила женщина в кофте и тапках позади него на площадке, показывая на сверток у Нильса в руках — оставить его на велосипеде полицейский не решился. — Директор Викторссон уехал по делам, — пояснила она, не дожидаясь ответа Нильса на свой вопрос. — Я могу сохранить пакет для него, это у меня он снимает квартиру.
— Очень любезно с вашей стороны, — сказал Нильс, — но было бы лучше, если б вы отперли дверь. Я из полиции. У нас есть основания считать, что с директором Викторссоном случилось несчастье, и мне необходимо войти в его квартиру.
Ошеломленно взглянув на его полицейский значок и кивнув, квартирная хозяйка быстро сходила за ключом и впустила полицейского.
Вкус Викторссона «ко всему наилучшему», очевидно, не включал меблировку квартиры. Она была обставлена по минимуму. С хозяйкой в качестве любопытного наблюдателя Нильс провел быстрый осмотр.
В гардеробе висели несколько отлично сшитых костюмов и рубашек. Однако трусы в ящике комода оказались заношенными и с дырками по швам. В кухонном шкафчике нашлись пакет овсянки, банка селедки и несколько сухарей.
— Он ест чаще всего в ресторанах, — пояснила хозяйка, прислонившись к дверному косяку, скрестив руки и безотрывно следуя взглядом за Нильсом.
