Когда шкипера ввели в комнату для допросов, Нильс едва узнал его. Полностью раздавленный человек с запавшими глазами, съежившийся на стуле, не имел ничего общего с тем загорелым, жизнерадостным молодым человеком, которого Нильс помнил по своей первой поездке на остров.
— Значит, вы признаёте, что у вас на катере был раненый человек? — спросил Нильс.
Артур кивнул, не поднимая головы.
— Может быть, мертвый человек?
Шкипер опять кивнул.
— Можете рассказать, что произошло?
Артур беспокойно огляделся, потом снова опустил взгляд. Тяжело вздохнул, но ничего не сказал. Нурдфельд откинулся назад, предоставляя Нильсу возможность продолжить.
— Оставим пока это, — сказал тот и дружелюбно продолжил: — Расскажите нам об Эдварде. Вы с детства были приятелями, так?
— Да, — произнес Артур столь тихо, что его едва было слышно.
— А потом Эдвард переехал в город? Когда?
— Когда нам обоим было по шестнадцати лет. Он получил работу посудомойщика в ресторане.
— Но вы поддерживали контакт?
Артур ответил коротким кивком.
— Когда вы начали заниматься контрабандой?
— Через несколько лет после того, как он переехал. Это выглядело довольно невинно. Мы делали то же, что и многие другие на островах. Ходили к плавучим базам…
— На границе территориальных вод?
— Да. Покупали импортный спирт. Эдвард разбавлял его и продавал ресторану, в котором работал. Небольшое количество. Зарабатывали мы немного, но могли сходить развлечься, когда я бывал в городе. Без этого заработка такое было бы нам не по карману.
— А когда перешли к большим партиям?
— Когда на острове появился Хоффман. Ну когда доктор выпустил его из больницы для обследований и тот перебрался в дом шефа. Когда он стал новым шефом. Все на острове знали про мой с Эдвардом приработок. Когда Хоффман узнал об этом, он позвал меня в дом шефа и рассказал о своих планах. Он хотел развернуться. Еще в Чикаго он работал на одного контрабандиста, да и здесь, в Швеции, на некоторых дельцов, так что знал, что надо делать.
— А что надо было делать? — спросил Нильс.
— Хоффман не интересовался единичными закупками с плавучих баз. Он хотел получать весь корабельный груз прямо с водочного завода в Германии на склад карантинной станции.
— И он мог организовать такое с острова?
— Доктор Кронборг занимался всеми контактами на базе своей частной практики в городе. А также финансовой частью. Он убедил Медицинское управление купить быстрый катер, а я доставлял на нем в город разбавленный спирт небольшими партиями. На быстрой «Эйре» я мог оторваться от любого таможенного катера и причалить где угодно. Никому и в голову не пришло бы мешать катеру с эмблемой Медицинского управления на носу. «Экстренная медицинская помощь», — мог бы сказать я, если б спросили. Когда спирт оказывался на материке, им занимался Эдвард и развозил его по ресторанам.
— И Панаме-Бенгтссону?
— Да, у Эдварда были всевозможные покупатели. В основном рестораны. Он носился как белка в колесе, чтобы всюду успеть. Партии были огромными, и он мотался по всей Западной Швеции.
— Ему помогала фирма перевозки Юханссона, так?
— Это было уже в конце. Раньше Эдвард все делал один. Ему хорошо платили, и он мог покупать отличную одежду. Он был помешан на одежде. — На губах Артура появилась легкая улыбка. — А доктор позаботился о том, чтобы Эдвард обзавелся автомобилем получше и собственным гоночным катером. Их он тоже любил. Но постепенно Эдвард понял, что все это мелочи. Он узнал, что доктор купил себе большое поместье с охотничьими угодьями недалеко от города Бурос, куда приглашал своих приятелей по бизнесу. Эдвард делал грубую работу, а доктор сидел за письменным столом и сорил деньгами. Это все больше и больше раздражало Эдварда.
— А вы сами? Вам хорошо платили за работу? — спросил Нильс.
Артур пожал плечами.
— Я получал немного наличными. Остаток откладывался на счет, которым занимался доктор. Якобы существует фонд для всех жителей Бронсхольмена… Но у меня был отдельный счет, так сказал доктор. Я собирался взять деньги позже. — И застенчиво добавил: — У меня есть подружка на острове Брэне; работает в лавке, где я обычно покупаю сигареты. Она позволяла мне пользоваться телефоном, чтобы быть в контакте с Эдвардом и доктором. Раньше Брэне казался таким далеким… но на «Эйре» туда добираешься в момент. Шхеры словно ужались. Я собирался завязать с контрабандой и забрать деньги со счета, когда мы поженимся. Может, через год… — Он грустно улыбнулся сам себе.
— А какие планы были у Эдварда? — спросил Нурдфельд.
