- Ты же не думаешь, что я буду сидеть в стороне? - Филипп посмотрел на нее пристально, немного укоризненно. И тепло. - Или не дам тебе помогать мне в процессе поиска лекарства? У тебя знание местных трав, у меня - многолетний опыт врачевателя. Самое главное - не переживай слишком сильно и не поддавайся панике. В нашем деле паника вредна и опасна. И, ради Деи, не плачь. Алхимикам нельзя лить слезы. Мы перенесем капитана в ваш с ним дом сразу, как только появятся люди с носилками. Это будет очень скоро, и я думаю, тебе бы стоило отправиться домой и приготовить все к прибытию больного. Постель, бинты, чистую воду, много чистой воды. Я слышал, у тебя есть алхимические аппараты?
- Да, есть. - Ответила Ванесса уже почти без дрожи в голосе.
- Приготовь их к работе. И запасные медные трубки тоже достань, нам некогда будет их искать в случае перегрева. Проверь каждый аппарат и механизм, приготовь все вплоть до чашек и пестиками. Ты и сама знаешь, что мне от тебя нужно.
- Хорошо.
Ванесса еще раз с горечью посмотрела на отца в кровати, потом развернулась и пошла к двери. Ей действительно нужно подготовить все к приходу Филиппа. Без лекаря у нее нет шансов вылечить отца. Но самое главное - Филипп знал, что нужно делать, чтобы этот шанс появился, знал, как помочь ей и ее отцу. У Ванессы снова был четкий ориентир, маяк посреди моря страха и неуверенности. И он теперь разговаривал с ней как... Как учитель, так же доверительно, и в его словах было столько же доброжелательности и искреннего желания помочь. Стоит только вспомнить этот взгляд, которым он ее так легко успокоил... И жутко, и приятно одновременно. Нет, не приятно - спокойно. Теперь Ванесса ясно видела, что Филипп Эстер - друг, что бы там не скрывалось под этой маской, какие бы не были там страшные шрамы или ожоги.
Вспомнив о маске, Ванесса сняла его перчатки со своих рук и положила на стол, не оглядываясь. В этом не было нужды, она торопится сделать все так, как он сказал. Он поймет, не сочтет это за ее грубость, не может не понять.
Только поднявшись к самой двери по лестнице, Ванесса поняла, какой все-таки снаружи свежий и приятный воздух. Таким он показался ей после тяжелого чумного смрада, к которому она уже успела привыкнуть. Щелкнул ключ в замочной скважине, со скрипом медленно открылась ставшая тяжелой дверь. От яркого света, ударившего в глаза после темноты каюты, выступили слезы.
"Да, Ванесса. Это должны быть твои последние слезы на сегодня. Держи себя в руках, Филипп прав - алхимикам нельзя лить слезы" - решила она про себя. И хотя она понятия не имела, почему, чем алхимики так сильно отличаются от остальных людей, что слезы для них - запрет, девушка дала себе слово спросить у Филиппа об этом. Только позже, когда они вылечат отца.
- Ванесса! Как ты?
Слева раздался голос Нила. Девушка оглянулась на голос и увидела юношу, который торопливо направлялся к ней. Их разделял только десяток шагов, но ей хватило времени, чтобы подумать, какой же он все-таки хороший. Пусть и неисправимый романтик, но о друзьях беспокоится больше, чем за себя. Конечно, он волновался за нее, только напрасно. Никто не сможет успокоить ее лучше, чем Филипп, теперь она знала это - просто потому, что добрые слова может говорить кто угодно, а спасти отца мог только лекарь.
- Ванесса.
- Я в порядке. - Ответила она ровным, ничего не выражающим голосом, таким, что даже усомнилась, она ли рыдала в ногах отца минуту назад. Ее, наверное, выдали покрасневшие глаза. - Отцу нужна помощь.
- Ты ее определила? Болезнь?
- Нет.
Голос девушки еле дрогнул, Нил это заметил. Он попытался взять ее за руку, удержать от перехода на бег. Девушка, как и Нил, была уже у трапа.
- Мне жаль...
- Не надо. Сейчас не лучшее время для этого. - Она одернула руку, но остановилась у самой первой ступени. - И не хорони его раньше времени... - Тут она запнулась, вспомнив свои собственные слова у кровати капитана. - Еще есть шанс. Филипп знает, что делать для того, чтобы Солт выжил. Я сейчас иду готовиться к его приходу вместе с отцом. И тебе советую выполнять все, что он скажет.
- Да, извини. Но ты уверена?.. В том, что...
- Уверена? В чем? - Перебила его Ванесса. - В том, что отца еще есть шанс?
- Нет, я не про это, ты не так поняла. Я верю, что Солт выкарабкается. Я про Филиппа. Ты в нем уверена?
- А ты ему не веришь, так?
Нил не выдержал взгляда Ванессы и отвернулся.
- Не верю. Я не считаю его человеком, которому можно доверять.
- Интересно, с чего бы такая антипатия? Ну ладно, мне до этого дела нет. Можешь считать его хоть вампиром, я ему верю.
- Но почему? - Спросил Нил с таким искренним удивлением, что внутри Ванессы полыхнул огонек злости.
- Почему? - Ее голос стал ледяным насквозь. Таким, что от одного тихо произнесенного слова Нил отшатнулся. - У тебя еще хватает глупости спрашивать, почему я ему верю!? Да потому что, дорогой, ты не будешь жеманиться и воротить нос от еды, протянутой тебе незнакомцем, когда ты подыхаешь с голоду! И уж тем более не будешь подозревать, что она отравлена!
- Ванесса, нам нельзя ссориться. - Вдруг заявил Нил.
