- Так весь наш контингент. В кого хочешь в кабаке пальцем ткни, тот и дружок. Ванька. Зойки твоей мужик, к примеру. - Тут Людка запнулась и спросила испуганно? - Его ведь тоже того… ты знаешь?
- Знаю.
- Горло перерезали. Страсть. Что творится… Уйду я, наверное, из ресторана. Мамка правду говорит, не доведет такая работа до добра. И денег никаких не надо. Вот мой Сашка, сулил мне златые горы, домик, говорит, у меня на родине купим, чтоб сирень под окном, чтоб соловей пел… Вот ему теперь соловей на кладбище и поет. - Людка заревела, размазывая ладонью слезы по лицу, - А ты когда на работу думаешь? - спросила она, немного успокоившись.
- Уезжаю в Сибирь. Родственники у меня там. Может, устроюсь.
- Правильно. Подальше отсюда. А про тебя спрашивали, менты приходили, я еще с ними ругалась, оставьте, говорю, человека в покое. Ну и из наших многие интересовались. Девки болтали, мол, ты из-за Зойки сбежала. У той, мол, крыша поехала, а Лийка в бега припустилась, чтоб ее ни за что ни про что опять не упекли, а Юрка Ворона сказал, ты с этим мужиком, ну… у того, что шрам на лице?
- Ты мне вот что скажи, - перебила я ее. - В ресторане не первый год работаешь и всех знаешь. Что у Зинки за хахаль?
- У буфетчицы? Так у нее их с десяток. Она баба железная, у нее не забалуешь, кулаком не махнешь, мигом за дверь выставит. Это я… - Людка шмыгнула носом. - Мы с ней не больно ладили, я у нее Сашку отбила, знала бы… ой, ладно, о покойниках плохо не говорят. Зинка быстро утешилась. Хурму пригрела. Ты его помнить должна, он с Ванькой хороводился, морда круглая такая, все время красная, точно его кипятком ошпарили. Они сидели вместе.
- Кто?
Ванька. Хурма и Сашка мой. Сашка первый освободился, у него здесь родственники, тетка с сестрой, а сам он с Украины. За ним - Ванька, а уж к ним уже и Хурма нарисовался.
- Как его по-человечески зовут?
- Вроде Витькой. Да черт его знает. Хурма и Хурма.
- И где он сейчас?
- Откуда ж мне знать? Давно что-то не видно. Он в ресторан ходить перестал еще до того скандала. Помнишь, когда нам всем Еремей допрос учинил?
- Помню.
- Зинка говорила, к родным подался, он тоже с Украины.
- А сама-то Зинка как? Работает?
- Не-а. С ногой чего-то. У матери живет. Звонила на днях. Максим орал - уволю, ну и она в сердцах - увольняй, что ж мне, говорит, на одной ноге по твоему кабаку прыгать?
- Где ее мать живет?
- Зинкина? В районе… Городишко какой-то паршивенький, не помню. А чего тебе?
- Так, интересно.
- Мать ей несколько раз звонила в ресторан, знаю, что город в нашей области, а какой точно, не припомню.
- Значит, говоришь. Сашка твой с Ванькой да Зинкиным Витькой дружбу водил. А за что сидел твой Сашка?
- А то не знаешь?
- Откуда мне знать?
- Руки у него золотые, были. Специалист… по сейфам.
- Здорово. И он с одним дружком теперь на кладбище, а другой в бегах. И Зинка на работу не торопится…
- Так ведь нога у нее…
- Нога - это серьезно. - Я подозвала официантку и расплатилась.
- Уходишь? - загрустила Людка. - А то посидим еще, у меня выходной.
- Извини, важная встреча.
- А-а… ну ладно… Заходи. Хоть в ресторан, хоть ко мне в гости.
- Спасибо. Обязательно.
Я зашагала по улице, торопясь покинуть это место. После разговора с Людкой кое-какие намеки дяди Миши стали мне понятны. Я была полной идиоткой, искала какой-то заговор, а все так просто, если, конечно, вспыхнувшая во мне догадка верна. Следовало ее проверить. Я остановила такси и поехала на квартиру к Зинке, улица и номер дома были мне известны, она называла адрес таксисту, и я его запомнила. Найти квартиру труда не составит.
Я вошла в подъезд и позвонила в квартиру под номером один. Открыл мне старичок лет семидесяти, бодренький и приветливо улыбающийся, а я спросила его исключительно вежливо:
- Не подскажете, в какой квартире Лапина живет. Зинаида.
- Не слышал про такую. У нас в подъезде точно нет. Если только в соседнем. Там в двух квартирах новые жильцы.
В другом подъезде мне повезло больше. Молодая женщина на мой вопрос кивнула головой на второй этаж и поинтересовалась:
- Это та, что в ресторане работает?
- Да.
- Над нами. Только она уехала. Ногу сломала и к матери уехала.
- А где мать живет, не знаете?
- Нет. Зина квартиру полгода назад купила, мы не особенно общались.
- Понятно.
Я все-таки поднялась на второй этаж и, позвонив, некоторое время разглядывала массивную дверь. Обращаться в ресторан с просьбой сообщить, откуда в наш славный город прибыла Зинка, опасно, но еще в одном месте об этом знать должны. Я спустилась этажом ниже и вновь позвонила в квартиру к соседке. Женщина удивления не выказала.
- Я ж говорила, нет ее, - заметила она наставительно.
- Вы извините за беспокойство, а где находится ваш ЖКО?
- ЖКО? - Вопрос вызвал легкое недоумение, справившись с ним, женщина принялась путано объяснять, как найти отдел. Через дворы я отправилась в сторону молокозавода, время от времени приставая к прохожим, и минут через двадцать смогла-таки обнаружить ЖКО.