Чувства под запретом (СИ) полностью

– Получается, что мы просто убегаем, даже не попрощавшись..., – сдавленно шепчу я.

– Прошу, просто сделай, что говорю, – поднимает на меня глаза с мольбой. Мне невыносимо видеть её боль, но я знаю Аню. Если она принимает решение, то невозможно никак переубедить.

– Он на свободе и может добраться до нас, – говорю я. Внутренности сводит от гнева. Тяжело дыша, спрашиваю: – Как Кристина могла помочь ему?

– Она всё продумала, но я тебе обещаю, что отец не тронет нас больше, – горячо заверяет сестра.

– Этот ублюдок нам не отец, – цежу сквозь зубы. Он должен был сгнить в тюрьме, но благодаря тёте Андрея, гуляет на свободе. Мне хочется ворваться к ней и расцарапать её физиономию, чтобы на всю жизнь запомнила.

Сестра отправилась к себе, а я принялась собирать свои вещи.

– Я не могу даже попрощаться, – произношу сдавленно. Слёзы вот-вот прольются из глаз. Когда я переступила порог этого дома, не предполагала, что уезжать будет настолько тяжело. Утром Никита встанет и будет ждать меня, но я не появлюсь. Кто будет его защищать, если меня не будет? А кто позаботится о Бруно?

Горло сжимается, меня захлестывают эмоции. Делая глубокие вдохи, пытаюсь взять себя в руки, но меня накрывает снова и снова.

Я больше не увижу Сергея. Не услышу его раздраженный голос. Не буду спорить с ним и злить.

Сама хотела держаться от него подальше, но сейчас от боли сжимаются все внутренности. Мою грудь словно в тисках сдавливают, глаза снова наполняются слезами. Моя дрожащая рука не в силах остановить поток слез, который беспрестанно катится по моим щекам. Я пытаюсь сдержать свои чувства, но боль становится нестерпимой. Мысли в голове кружатся, словно бешеные пчелы, не давая мне ни минуты покоя.

Я хочу увидеть его... в последний раз взглянуть на него.

Борюсь с желанием выйти из комнаты и отправиться к нему. Но, что я скажу ему? Что он подумает, если я сразу брошусь к нему и обниму? Все, что останется – это память о нём, его смех, его взгляд, его прикосновения. Я никогда не смогу стереть с кожи, с памяти, с сердца.

С каждой секундой я понимаю, что лучше оставаться в комнате и ждать Аню, как бы трудно не было. Если встречусь с ним, то уехать будет ещё больнее...не смогу.

– Идём, – вырвал меня из мыслей голос сестры. Спустя мгновение я моргаю, прогоняя слезы, и следую за ней, отчаянно желая, чтобы она передумала. Я до последнего ждала, что Андрей остановит её, но этого не произошло. Неужели он позволил ей уйти? Я уверена, что они любят друг друга... Как можно так жестоко разлучить любящих людей, используя их чувства?

– Ты уверена? – спрашиваю я последний раз, когда уже дошли до такси. Аня смотрит на меня… на дом… так, словно уже потеряла всё и не имеет ни малейшего понятия, как вернуть то, чего желала больше всего. Я вижу, что она еле сдерживается, чтобы не разрыдаться.

– Да, – кивает она и садится в такси.

Бросаю взгляд на дом. Сердце бьется так быстро, будто оно хочет выбраться из моей груди и убежать от всего.

Я буду скучать. Я очень сильно буду скучать. Прощай.

Неделю спустя. Москва.

– Никита всё ещё обижается на меня? – спросила я Петра, шумно сглотнув.

Всю неделю я пыталась поговорить с мальчиком, но он отказывался общаться со мной. Я созванивалась только с Любой и с Петром. Они были расстроены, узнав о моём отъезде.

– Да... Он уверен, что ты его бросила и уехала молча. Ничего не хочет больше слышать, – сообщает мне с тоской в голосе мужчина.

— Мне пришлось..., – виновато прошептала, чувствуя, как в горле образуется ком.

Петр не доставая меня с вопросами и за это я была благодарна ему. Он относится ко мне, как к дочке, поэтому беспокоился. Мужчина звонил каждый день и рассказывал, что происходит в доме. По его словам, Андрей погрузился в себя и перестал ходить на работу, запивая тоску алкоголем.

– В дом погрузился в траур без вас. Хорошее настроение в доме только у этих ведьм, – он замолкает на несколько секунд, а затем продолжает:

– Но я иногда не упускаю возможности испортить им день.

От его слов невольно появляется улыбка.

– Оторвись там за нас двоих.

– Но без вас не так весело, – вздохнул Пётр.

Я вернулась в Москву, но такое чувство, что я оставила частичку себя там и не могу вернуть обратно.

– Ты хорошо заботишься о них? – шмыгая носом, поинтересовалась у мужчины. Ульяна плохо относится к сыну, а ему необходима забота и любовь. Меня нет рядом с ним, но каждый день Пётр отправляет мне фото и видео с мальчиком и собакой. Я несколько раз пересматриваю и на мгновение мне становится легче, а тепло разливается в груди.

– Конечно. Никита и Бруно очень скучают по тебе. Да и многие в доме, – его слова пробирают до глубины души.

– Я тоже скучаю..., – сдавленно шепчу я.