Чувство моря [litres] полностью

На этот раз он прятался на бабушкиной кухне детства. Тогда почти в любом кухонном гарнитуре был узкий шкаф от пола до потолка, его называли колонкой. У колонки были узкие дверцы, их распахнутые створки придавали шкафу сходство с готическим собором. Бабушкина колонка была серо-голубого цвета, в неразличимую крапинку. Внутри – пять полок, застеленных старой клеенкой. Если послюнявить палец и провести по любой из полок, под клеенкой, на пальце оказались бы хлебные крошки, крупинки соли, сахара, перца и порошок какао из зеленых советских пачек. А еще – случайное зернышко желатина. Неуловимая поземка просыпанной муки. Медная горчинка позабытой копейки. Это и было привкусом бога. Почти абсолютным доказательством его существования.

Бог таился на каждой из полок колонки. Скрывался в трещине деревянной солонки с потемневшим рисунком. Особенно отчетливо бог прятался в фарфоровой сахарнице без крышки. В шершавом месте откола ручки сахарницы бог существовал как никогда, простираясь на многие световые годы вселенной, нанизывал ее на себя, совершенно не пытаясь влиять. Еще бог был в конфетнице, состоявшей из хрустальной вазы и скрипучей медной оправы с пятью ножками. Эта медная оправа конфетницы была венцом бога, его пятиконечной короной, в одном из лучей которой скрывался скатанный в трубочку фантик конфеты «Коровка».

Бог присутствовал среди чашек и блюдец бабушкиного чайного сервиза, таивших на боках отпечатки пальцев соседей, почтальонши, водопроводчика, врача из поликлиники. Бог прятался на верхней полке колонки, среди жестяных банок с гречкой и вермишелью, за пакетом с сухарями и бумажным кульком с лекарственным чаем.

В следующем году мне придется начать поиски снова. Бог, как всегда, будет скрываться там, где его меньше всего ожидаешь. Возможно, он затаится в темном углу дачного чердака. Или притихнет в просторном номере приморского отеля, закатившись под одно из кресел. Или притаится в багажном отделении плацкарта Москва – Петербург. Или укроется в случайном, чужом, совершенно равнодушном ко мне человеке. Или свернется в бабочке-махаоне, возле загородного шоссе, по которому я буду мчаться в магазин на велосипеде. Но и в следующем феврале я обязательно постараюсь найти его снова. Чтобы весна наступила. Чтобы жить дальше.