Кираан сразу направился в указанную комнату, потянув прицепом за собой и девушку. Она заметила это и наконец отцепилась от его рукава. Цент буквально рухнул за низкий столик, уже приготовленный к трапезе. Сразу принялся за еду.
Кира очень проголодалась, но опустившись возле мужчины, не последовала его примеру. Решила подождать женщин.
Мать и сестра чинно уселись напротив, недовольно поглядев на Управляющего, уписывающего за обе щеки. Но промолчали.
— Кира, тебе подходит наша пища? — спросила Сера.
— Вполне. За полгода изменений в своем здоровьи не наблюдала.
— Ты уже полгода здесь? — удивилась Орма и обе женщины еще раз недовольно посмотрели на Кираана.
— Нет. На Цэтморрее я всего пару суток. Несколько месяцев я провела на звездолете вместе с Юрами.
— С Юрами? — повторила Сера и схватилась за сердце, сильно поразив таким земным жестом девушку. Кираан же кинул на Киру внимательный взгляд и снова вернулся к еде. — Мальчик мой. — вдруг глаза ее сверкнули, — Снова ты встаешь у него на пути, Кираан!
— А как же. — буркнул цент, задумавшись.
— Ты все у него отбираешь. — снова выдвинула претензию Сера.
Киру неприятно поразила эта цэтморрейка. Насколько циничной особой нужно быть, чтобы обвинять сына, от которого отказалась сразу после рождения, в том, что он ущемляет права ее другого сына.
— А Юрами старший или младший сын?
— Он единственный! — гордо ответила Сера.
Девушка обеспокоенно взглянула на Кираана, опасаясь за его чувства, но он, казалось, и не слышал их беседы, погруженный в свои думы.
— Я давно не видела брата. Он красивый, правда? — призналась неожиданно Орма.
Кира замялась, подбирая ответ. Щекотливая ситуация получалась, как признаться в том, что для людей зеленая кожа, как у Юрами, и плоский нос — слишком непривычно. Она снова посмотрела на Управляющего, его кожа была не такая яркая, а темно-оливковая и нос не был расплющен. Капюшон, темные очки — и в темноте Кира приняла бы его за человека.
— Боюсь мое мнение не может быть объективно, мы все-таки слишком разные. — осторожно ответила она.
— Разве? — удивилась Орма, — А мне кажется ты похожа на нас, — Кира при этих словах чуть не захлебнулась сакай. — Вот еще на хармийцев ты похожа. Ты не с Хармы?
— Нет. Я с Земли.
— Это хорошо, что не с Хармы. — обрадовалась Орма, — Все хармийцы — грязные дикари! Сколько поколений Цэтморрея несет им блага просвещения — и все без толку. Плебеи!
— Орма, это не твои мысли. — вдруг поднял голову Кираан, — Не стоит повторять глупости за своей матерью. Ты лично не видела ни одного хармийца и, тем более, не разговаривала с ним, чтобы судить.
— Так говорил отец, а он…
— А он сошел с ума и плохо кончил. — отрезал Управляющий. — Я вижу, что за столько лет ваша с Серой память изрядно пострадала, раз ты поминаешь отца.
— Но Юрами считает также. — возразила упрямо Орма, поджимая губы, как мать.
— Твой брат связан с хармийцами и такие высказывания не делают ему чести. — проговорил Кираан, залпом осушая сосуд с напитком.
Кира почуствовала, как его вторая свободная рука легла ей на колени, сжавшись в кулак. Это так озадачило девушку, что она отвлеклась от разговоров за столом, задумавшись над тем, что бы этот жест мог означать. Ну не мог Управляющий просто так во время обеда засунуть ладонь под стол, чтоб потрогать ей ноги, к тому же кулаком. Напрашивался только один вывод — мужчина в запале сам не заметил, как его рука оказалась там. Теперь Кира терзалась сомнениями, прикидывая, как поступить — убрать его руку или оставить как есть.
— Несчастный мой сын. — причитала тем временем Сера, оторвав девушку от ее размышлений. — Ты, как рок, навис над всей его жизнью, Кираан. — вдруг цетморрейка повернулась к Кире, — А ты, девчонка, что молчишь? Зачем Юрами тебя притащил? Не могла ему помочь? Никакой благодарности от вас чужаков нет.
Кира от неожиданности и незаслуженной обиды потеряла дар речи. Хотя сказать хотелось многое, но Управляющий ее опередил.
— Сера, ты забываешся. — произнес он спокойно, но властно, вставая и поднимая девушку за руку, — Вспомни кто перед тобой. — женщина, вероятно, одумалась и склонила голову. — И, к сведенью, если бы не Кира, то твой сын давно бы уже гнил в желудке кьяги неизвестно где. — Кираан повернулся к сестре, — Орма, прошу тебя, не смотри на мать, есть еще Умойч и Сорра. Там можно жить.
Женщины молча поднялись, провожая их к выходу.
— До свидания.
29.
Кира молча плелась за центом по пустынному второму уровню. В груди странно щемило, когда она разглядывала, незамеченное ею ранее, царившее повсюду, запустение. Шагающий впереди, высокий худощавый мужчина, почему-то органично вписывался в эту постапокалиптическую картину приходящего в упадок невероятного подземного города великой развитой цивилизации, ныне исчезающей в недрах родной планеты.
" Так. Стоп. Разогналась". - осадила свою буйную фантазию девушка, — " А как же другие планеты? Сорра? Умойч? Там ведь тоже центы живут. С чего бы им исчезать? А космические корабли? Космопорт? Технологии? Так вот взяло все и просто рассыпалось в прах?"
