После чего СоМи также строго предупредила, чтобы я ни в коем случае не смел высказывать подобные обвинения без каких-либо на то доказательств.
Поэтому на следующий вопрос судьи:
- Госпожа Пак ЮнМи, вы кого-то подозреваете конкретно?
- Нет, ваша честь... - ответил я.
На счет случая в магазине, теперь уже мой адвокат убедил меня не упоминать про это: свидетелей нет, фактов нет, бумаг, протоколов, заявлений, поданных вовремя, тоже нет. То, что было составлено СоМи только после моего задержания, выглядит как попытка задним числом выгородить себя. Да еще и СоМи могу таким образом подставить, что она использует свое положение для моей защиты.
- Хорошо. Мы выслушали обе стороны, и, если ни у кого нет вопросов и дополнений, переходим к рассмотрению материальных доказательств и опросу свидетелей, - предлагает судья и затем, видя, что никто не пожелал возразить, продолжил. - Начнем с протокола обыска и заключения экспертизы осмотра содержимого рюкзака обвиняемой.
Судья достает из папки очередной лист, бегло изучает его и, убедившись, что это то, что нужно, затем зачитывает его.
- И так вы подтверждаете, что согласно этому протоколу кошелек госпожи Ге ХоЧжу найден в рюкзаке госпожи Пак ЮнМи? - что естественно мы с ней подтверждаем по очереди.
Затем судья берет следующий лист и зачитывает его и обращается уже к обвинителю.
- Отпечатки пальцев обвиняемой на украденном кошельке не обнаружены?
- Да, ваша честь. По заключению экспертизы, не удалось сопоставить следы ни с истцом, ни с обвиняемой, материал плохо сохраняет потожировые следы, и найденных образцов было не достаточно для однозначной идентификации всех участников.
- Вы даже не пытались, - вклинивается одинокий голос.
Судья обращает внимание на меня, сказавшего это, и затем обращает свой взор к обвинителю.
- По описи к протоколу в кошельке было двести пятьдесят три тысячи вон, - уточнив в бумаге, сообщает судья. - Было что-то еще ценное?
- Нет, ваша честь, - отвечает обвинитель. - Только указанная сумма.
- Хорошо, - кивнув, говорит судья, - тогда переходим к опросу свидетелей.
Продавщица аптеки, рассказала, что Ге ХоЧжу заходила к ней в аптеку дважды. Сперва купила у нее лекарство, а во второй раз уже нет, потому что обнаружила пропажу кошелька. Что произошло на улице, аптекарша сказать затрудняется, так как ничего не видела. На уточняющий вопрос моего адвоката, видела ли продавщица кошелек в сумке или руках потерпевшей во время первой покупки, тоже не смогла дать четкого и однозначного ответа.
Потом наступил черед полицейских, задержавших меня.
Младший из них, каждый раз ожидая подтверждения старшего коллеги, поведал о том, что они видели и как действовали. Когда по улице бежала старуха и звала на помощь, то они направились вслед за ней. Догнав обвиняемую, они выслушали потерпевшую и попросили предъявить вещи к осмотру. А дальше было то, что и так уже проговаривалось сегодня. Обнаружение кошелька, попытка задержания и сопротивление при задержании.
Мой адвокат снова влезает с уточнением:
- Обвиняемая не убегала, не сопротивлялась, а единственное за что ей назначили наказание, обвинив в сопротивлении - это требование вызвать экспертов. Именно ее требование, а не ваше? - на что оба полицейских, после того как переглянулись, только и смогли ответить утвердительно.
Судья кивает, показывая, что услышал. И, выяснив, что свидетелей больше нет, переходит к следующему вопросу.
- Господин обвинитель, - спрашивает судья, - почему в деле нет результатов просмотра с уличных камер.
- Господин судья, - отвечает обвинитель, - это был спокойный район, поэтому часть камер была снята и перенесена в пострадавшие после наводнения районы, чтобы заменить вышедшие из строя там и иметь возможность тоже следить за обстановкой. Им просто еще не нашлось замены.
- Что, все сразу? - удивляется судья.
- Вероятно, произошла какая-то накладка в документах, что данный квартал остался без средств видеонаблюдения, - дает пояснение обвинитель. - Я думаю, ваша честь, что никакой взаимосвязи с нашим делом нет. Просто случайное совпадение.
- Ясно. Значит это все обстоятельства этого дела, тогда переходим к вашему обвинительному заключению. Вы утверждаете, что целью кражи было личное обогащение. Это так? Какие у вас есть на то основания?
- Обвиняемая из неблагополучной семьи, которая испытывает нехватку финансов, в данный момент она сейчас не учится. Вот и решилась на необдуманное действие при сложившихся благоприятных условиях.
Вот же где гад. Ну все собрал против меня. И мой непрезентабельный внешний вид, я опять отказался одеваться как девчонка и пришел в том, что мне нравилось. И то, что я утром, вместо положенной школы, прогуливал ее, как, наверное, должен был решить любой кореец. А когда он узнает, что я и в технике разбираюсь, то дополнит свое обвинение, что это место для кражи выбрал не случайно.
- Хорошо, - говорит судья, поудобнее усаживаясь в кресле, - переходим к выступлению сторон. Слово предоставляется адвокату обвиняемой.
- Спасибо, ваша честь, - начинает мой адвокат.
