- Немного, - признал я. А сам подумал, какой был бы сумбур у меня в голове, если бы настоящие воспоминания ЮнМи мне достались. Мне только одних неосознанных и спонтанных реакций тела ЮнМи достаточно. Все-таки решил оставить эти действия на совести ЮнМи. Мне и самому так было легче, и кое-какое объяснение давало. - Что еще? - решил я подбодрить ЛаИм, чтобы она продолжила.
- За этот же период наблюдения, твоя фигура стала более пропорциональной, и все пришло в норму. Вес твоего тела, если ты продолжишь свои занятия, скоро станет восемьдесят килограммов, а рост уже 178 сантиметров. А может, станет и все 180.
- Чего? - удивился я последнему известию. Если мой вес мы обговаривали почти каждую нашу встречу, то вот про рост - нет. Последнее что я помню, это то, что я был выше 175 сантиметров. А тут сразу три. Ну хорошо, пусть два, да даже пусть только один сантиметр. Я удивленно посмотрел на ЛаИм. - Почему ты мне ничего не говорила?
- Я не хотела тебя расстраивать. Ты каждый раз так улыбалась, когда слушала, что худеешь, а твой рост только сделает хуже.
- Как это возможно? Я наоборот только за, - возмутился я.
- Но твоя мама жаловалась, что ты такая не складная. И ты сейчас так стала выгладить - хорошо. Твоя прическа, косметика...
- Чего? - снова удивился я, даже перебив ЛаИм. - Я не пользуюсь косметикой.
- Но как же? Твое лицо стало таким привлекательным, - сделала мне комплимент ЛаИм. Вот и дождался я первого знака внимания. Только этого мне еще не хватало. Конечно, было приятно услышать такое от ЛаИм, но все же, и как-то опасно.
Главврач тоже принялся рассматривать меня, в научных или медицинских целях, надеюсь на это, и затем спросил:
- Это какой-то особый уход? Или диета? Кожа выглядит здоровой и натуральной, что по питанию госпожи ЮнМи? - спросил он ЛаИм.
- Тоже все отлично. Белки, жиры, углеводы, микроэлементы - все в норме. Я не уделяла этому особое внимание. ЮнМи?
- Я не знаю, ем тоже, что рекомендовали после операции в больнице. Без всяких приправ. У меня вкус поменялся, как ты и говорила с самого начала. Не переношу острое и перченое. От этого проявляется особый вкус у некоторых блюд, но я просто отказываюсь тогда от них.
- Понятно, - протянула ЛаИм, и кратко взглянув на своего начальника, перешла к последней теме. - Твое восстановление после операции на внутренних органах прошло успешно. Снимки показывают, что все хорошо зажило и никаких других осложнений быть не должно.
- Я просмотрел отчет, - вдруг сказал главврач. - Я хирург по основной специальности. Так вот, последствия их ошибки не сильно ухудшило твое состояние. Если бы сразу заметили, то все равно пришлось бы... удалить эти ткани. Я бы и сам вряд ли справился лучше. И мог так же допустить такую ошибку.
- Ясно. Спасибо за ваше мнение. Но я уже сказала им, что не буду винить их. Тем более мы и так уже пришли к взаимопониманию.
- Ага. Я в курсе и про это. Не считай, что я хочу избавиться от тебя, но с сегодняшнего дня я официально выписываю тебя. Через месяц, договорись с доктором ЛаИм, созвонишься по телефону или все же лично придешь последний раз, если будут какие-то вопросы. А еще лучше: соблюдай правила движения и не попадай больше в аварии, - с небольшим раздражением закончил доктор.
- Постараюсь. И спасибо вам, - он даже немного подобрел на мой счет, кажется, пока я не продолжил ему в отместку, - что нашли для меня такого заботливого доктора, как ЛаИм.
Понятно, что он так торопится от меня избавиться. Пусть теперь у других врачей голова болит. И в другой больнице. Быстро попрощавшись, главврач отправился к себе обратно. Мы с ЛаИм еще пообсуждали, главным образом, мое волшебное преображение, она даже не догадывалась насколько она права в этом, называя так, приписав все заслуги только моему здоровому рациону питания. И тренировкам.
Когда мы с ЛаИм прощались, она напомнила про мою проблему с выбором и покупкой одежды, глядя на мой внешний вид. Теперь и я сам заметил, что все стало выглядеть и висеть на мне более мешковато, чем прежде. Она даже предложила свою помощь - сходить вместе за покупками. С одной стороны это было очень интригующе: увидеть ЛаИм в одном нижнем белье, или вообще без, опять мои мыслишки свернули не в ту сторону. С другой стороны: это же полный мрак, часами выбирать тряпки и кружевное белье. В итоге, все-таки проявив благоразумие, отказался от ее помощи, сказав, что в одном и том же магазине мы никогда не найдем то, что подойдет нам обоим. ЛаИм окинув меня еще раз своим взглядом, была вынуждена согласиться с такими доводами.
Пока возвращался домой, то постоянно ловил себя на мысли, что почему-то улыбаюсь. Каждый раз, смотря в отражающую или зеркальную поверхность, на меня в ответ смотрело лицо ЮнМи с вечной глупой улыбкой. Не мог я сам так улыбаться. Я прямо чувствовал, как мой рот расплывался в счастливой и не контролируемой ухмылке. Не мог я ходить с такой довольной рожей, потому что вечно чем-то не доволен. Это не дело. Нужно как-то исправлять это. И спустить мою глупую бессознательную ЮнМи с небес на землю.
