Помимо чашек она ставит на стол блюдце с тремя дольками шоколада. Я вижу, как мама поднимает на нее изумленные глаза и получает в ответ все такую же приветливую улыбку.
Я должна попробовать достучаться до родителей еще раз.
— Я не буду в этом одна, — говорю я, на этот раз переводя взгляд с отца на маму. — У меня прекрасные друзья. Это Норт, Стефан, Джейден и Надин. В данный момент они пропускают колледж, чтобы придумать, как вытащить нас с Хил.
— Я одного не понимаю, Тиффани, с чего вдруг ты решила шантажировать Говарда Фейрстаха?
— Он ублюдок, который позволяет избивать одного из своих сыновей до полусмерти, торгует наркотиками и держит в страхе и беззаконии город, жонглируя полицией так и эдак. Его нужно гнать из губернаторского кресла взашей.
Пригубляя лучший чай из меню «У Ларри» под разъяренным взглядом владельца, я совершенно отчетливо понимаю, что теперь избавлением нас со Стефаном от гнета Говарда дело точно не ограничится. Я не остановлюсь, пока он не ответит за свои действия. И как минимум Стефан с Надин — тоже.
Долгий разговор с родителями не привел нас к единому мнению. Узнав, что я не собираюсь действовать в одиночку, они немного успокоились, но так и не дошли до мысли, что биться с полицией бесполезно. Поэтому они решили остаться в Бостоне и попытать счастья, насев на детективов. Папа не оставил попыток отговорить меня жертвовать собой ради Хил, но ему никогда не понять, что я чувствую. Не думаю, что я смогу жить как прежде, если не встречусь со своим убийцей лицом к лицу и не закрою эту страницу навсегда. В общем, пусть обивают пороги полицейских участков: они заняты. На меня меньше времени останется. Да и вдруг случится чудо, и из этого выйдет что-то путное.
Сразу после их ухода у нас с Ларри состоялся серьезный разговор о моем самоуправстве на рабочем месте, в результате которого я пришла к мысли искать запасной вариант. Например, по специальности. Как юрист-недоучка я мало кому приглянусь, но, опять же, вдруг случится чудо, и из этого выйдет что-то путное. Да, я не властна над своей жизнью в данный момент, да, работодатель не обязан входить в положение. Но мне столько раз угрожали за последний месяц, что любой ультиматум воспринимается как повод послать всех по небезызвестным адресам!
За прошедшие три дня ребята стали как будто близки. Никто не поменялся, но компания удивительным образом спелась и спаялась. Надин так и не полюбила Норта и все еще волком поглядывает на Стефана, но она их внимательно слушает и больше не считает напыщенными зазнайками. Стефан не перестал ее задирать по поводу скудной социальной жизни, но в нос еще не получил ни разу, что для этого парня огромный прогресс. Джейден… Джейден уникум, который поладил со всеми. Впрочем, он сейчас просто счастлив, несмотря на обстоятельства. Его коронный маневр с перекидыванием Стефа через кухонные тумбы немного подпортил планы: я рассчитывала на более горячее продолжение ночи (утра?) для них с Надин, но оказалось, что, тягая парня в полтора раза тяжелее себя, Джей повредил спину и мисс Главный редактор в благодарность его попросту лечила. Хотя как она это делала, история умалчивает, потому как теперь она иногда краснеет от взгляда своего лучшего друга. Но всем нам далеко до единства, с которым действуют Норт и Стефан. Даже мы с Хилари никогда не достигали такого взаимопонимания. Нет, поймите правильно, никто из братьев не поменялся, они даже не перестали умалять достоинства друг друга при любом удобном случае, но в отличие от нас, им не требуется объясняться чуть ли не на пальцах по пять минут. Они наверняка обмениваются информацией с помощью невидимых антенн.
На меня никто не делает ставку. Я приманка, цель которой — не облажаться и выжить. Как? Никто не знает, потому что никто не знает, что на уме у самого Баса. Стефан считает, что рождественский спектакль был выбран местом действия из-за толпы. Никто не должен усомниться в том, что мое самоубийство не подстроено. Норт больше не защищает отца, а это значит, что он согласен.
