Медея рассказала последние слухи о том, что по мере допросов мятежников, гвардия арестовывала все новых участников заговора. В столице, особенно в окрестностях дворца было очень неспокойно. Перед воротами еще с ночи начала собираться толпа горожан, шумно требовавшая показать монарха. Гвардия пока ничего не предпринимала, а городская стража, лишившись офицеров, практически не выходила из казарм. Несколько богатых лавок на улицах, подступающих к дворцу, пользуясь ситуацией, разграбили и сожгли. Лихие люди быстро сориентировались, воспользовавшись неспокойным временем.
Днем, во время прогулки, Дима заметил столбы черного дыма, поднимающиеся где-то над городом. Вечером во время ужина Медея рассказала последние вести из города, подслушанные на кухне. Запущенный канцлером слух об убийстве императора и отсутствие стражи на улицах немало перепугали столичных жителей. Про самого императора фрейлина ничего не слышала. Последние два дня в его покои практически никого из слуг не пускали. Спать Дима ложился с нехорошими предчувствиями. Особенно после того, как увидел в парке мечущихся с фонарями и факелами гвардейцев.
Глубокой ночью его разбудила перепуганная фрейлина. В открытых дверях за ее спиной маячили гвардейцы с фонарями в руках. Растрепанная девушка в кое-как подвязанном халате, накинутом на ночную рубашку, рассказала, что госпожу срочно требует император. Плохо соображающий после глубокого сна Дима плеснул в лицо воды и накинул халат, после чего они отправились в императорские покои.
Фрейлину дальше дверей не пустили. Она вместе с гвардейцами осталась ждать в небольшом зале для тех придворных, которых монарх желал видеть с утра. Мастер Сэмвел, как его звала Медея, встретивший у дверей Диму, повел дальше через комнаты, освещая путь фонарем. Остановившись у дверей с искусно вырезанным изображением герба, хищной птицы похожей на орла, мужчина повернулся, приподняв фонарь так, чтобы было видно лицо.
- Все, что произойдет за этой дверью, - государственная тайна короны. От вашего поведения в ближайшие полчаса зависит, доживете ли вы до утра.
Несмотря на серьезный тон, Дима с трудом подавил зевок. К квестам, вроде 'дожить до утра' он уже начал потихоньку привыкать, а потому, предпочел не задумываться.
Комната за дверями, а точнее императорская спальня, была жарко натоплена. В нагретом воздухе отчетливо пахло тяжелой болезнью. У кровати Роберта третьего сидели Павел и еще один незнакомый пожилой мужчина с каким-то неправильным маленьким лицом, собравшимся к центру, обладавший шикарными широкими залысинами над седыми висками. Лежащий в кровати под тонким одеялом император тяжело дышал. В одной руке он сжимал ладонь Павла, а другой водил перед собой, блуждая невидящим взором по богато расшитому балдахину над головой.
- Что с ним? - спросил Дима.
- Мы не знаем, - ответил мастер Сэмвел. - Знает только Ланар. Он называет эту болезнь черной хворью.
- А где он сам?
- Пропал со вчерашней ночи, а днем Роберту стало плохо. Такое случалось и раньше, но маги академии всегда помогали. Мы перевернули весь дворец, но Ланара, будь он проклят, нет. Послали людей в академию. Они пока не вернулись. Похоже сейчас единственный маг жизни, какой у нас есть - вы. Если мы быстро не поставим его на ноги, мятеж может перерасти в бунт. Боюсь тогда, к концу нового дня толпа возьмет дворец штурмом.
Лежащий в кровати император, повернув голову, посмотрел на Павла. Его взгляд немного прояснился, и он потянулся второй рукой к знакомому лицу.
- Конрад, сынок, - слабо улыбнулся монарх. - Ты вернулся.
Взглянув на присутствующих, Павел наклонился поближе.
- Да, отец. Я здесь, я вернулся.
- Ты вернулся... Прости меня, сынок.
- За что, отец?
- Не надо было отправлять тебя в Пандер за принцессой. Твои похождения надо было хоть как-то остановить. Джорах хороший мальчик. Тебе обязательно надо навестить сына. Я забочусь о них.
- Ты все сделал правильно. Спасибо, отец.
- Сынок...
- Да?
- Как твой Малигард?
- Хорошо, отец.
- Добрый конь, настоящий чистокровный сугар. Завтра на охоте покажешь, насколько он быстрый.
- Обязательно покажу.
Павел каким-то беспомощным взглядом посмотрел на Сэмвела, на что тот дал Диме знак приблизиться. Усевшись на край кровати, Дима шепча заклинания, начал разбираться, чем болен монарх.
Старик был отравлен, причем отравлен сильно. Конкретного яда разобрать не получалось, но весь организм буквально им пропитался. Хуже того, часть легких практически отсутствовала, представляясь в ином видении черными провалами. 'Мало того, что императора долго травили,' - подумал Дима,- 'так похоже у него еще и рак.'
Повернувший голову монарх заметив девушку улыбнулся.
- Мелиара, смотри каким большим стал наш сын. Я воспитал из него мужчину. Настоящего наследника престола. Он будет хорошим императором.
