Он смотрел мимо всех, просто в стену. Хару стало его даже жалко. Пубертат, конечно, зло, в это время многие мальчики пытаются дать волю бурлящим чувствам, но ситуация Ёну действительно была за гранью обычной подростковой агрессии. Он же заводился из-за любой мелочи. Разумеется, с такой особенностью сложно будет найти себе место в жизни — никто не захочет работать с настолько взрывным человеком. Но действительно начать следовать такой рекомендации психотерапевта… Ёну достаточно смелый человек. И, получается, действительно понимает, что это проблема и так жить нельзя. Даже если ему это объяснили родители — все равно ценно.
Неловкую тишину в классе нарушил учитель. Обычно они называют его просто «Сонсэним», но, вообще, его зовут Чой Сынджу. Ученики практически никогда не используют имя, в классе зовут просто Учитель, если нужно пояснить — который из учителей, то называют фамилию, иногда предмет.
Учитель Чой был их классным руководителем. Ему чуть больше тридцати лет, он преподает историю. Хару он нравится, хотя его сложно назвать «любимчиком учеников». Он спокойный, немногословный… иногда кажется, что он напоминает себе, что много учился ради этой должности, это престижно и ему хорошо платят. Потому что от умственных способностей своих учеников он явно был не в восторге.
— Рассаживайтесь, — скомандовал учитель, занимая свое место за кафедрой — учительского стола в кабинете не было, только кафедра и небольшая тумба рядом.
Это потому что по классам ходят учителя, а ученики практически все время проводят в одном кабинете, выходя только для уроков физкультуры, музыки и проведения лабораторных работ.
Все начали занимать свои места в классе, многие с недовольными стонами.
— У нас сегодня двое вернулись в класс, — сказал учитель. — Хару, ты хорошо себя чувствуешь?
Хару кивнул:
— Да. У меня иногда может болеть голова, но, я думаю, вам это сообщили.
Учитель кивнул:
— Прошу обратить внимание, что Хару будет позволено выходить в медпункт без объяснения причин еще как минимум до конца семестра. Я надеюсь, что ты не будешь этим злоупотреблять. Также закончился срок наказания для Ёну. Надеюсь, ты больше не будешь совершать поступков, из-за которых тебя могут отстранить. Сейчас все на месте? Хорошо. На следующей неделе состоится первый футбольный матч, от каждого класса допустимо пойти четырем ученикам, не считая участвующих… кто желает?
Полчаса — с восьми до половины девятого — проходит что-то вроде классного часа. Полноценно он ведется только по понедельникам и пятницам. В понедельник обсуждаются новости, в пятницу учитель говорит об успеваемости. В остальное время классного часа может вообще не быть, они все полчаса просто будут сидеть в кабинете, общаясь и доделывая домашку.
Уроки по пятьдесят минут, перемены — то пять, то десять. Так пройдет четыре урока. Потом, с двенадцати десяти до часа, перерыв на обед. Покидать территорию школы нельзя, но внутри можно свободно передвигаться. Есть, общаться, сидеть на улице, даже играть во что-нибудь. После обеда будет еще два урока, в три часа дня можно идти домой. Но это сейчас, в старшей школе. В средней после обеда ты был обязан посещать кружки и факультативы, а это еще полтора, а то и два часа сверху. В старшей школе все готовятся к поступлению в университет, поэтому внеклассная деятельность перестает быть обязательной, эти занятия посещают только те, кто заметно преуспел в спорте или творчестве, кружки могут дать им привилегии при поступлении.
Уроки насыщены материалом, но они скучные. Это даже не совсем вина учителей, просто особенность программы — много материала, мало времени. В начале урока короткий опрос, потом что-то вроде сжатой лекции, в конце, если повезет, разбор примеров. И так четыре урока подряд. Голова пухла от обилия знаний, а еще росло убеждение, что хорошо экзамены он не сдаст. Просто без шансов. Он не сможет это все выучить так, чтобы набрать балл выше среднего. Решить знакомое и наугад ответить на остальное — это возможно, но реально подготовиться к одному из самых сложных школьных экзаменов, когда что ты, что предшественник твоего тела в учебе не были сильны… Просто без шансов, в хороший универ ему не поступить, даже если он найдет деньги на обучение.
Вообще, о его способности к освоению теории много говорил тот факт, что он никак не мог сосредоточиться на словах учителя, мысли все время улетали куда-то в сторону. Особенно часто в сторону уныния, ведь он ненавидел учиться в школе и не мог поверить, что снова очутился здесь. Сколько до конца семестра? Очень хочется уйти на каникулы…
