— Привет, ты тоже на прослушивание? — обратился к нему Тэюн.
— Да, — поклонился мальчишка. — Меня зовут Ким ДжунКи, я две тысячи седьмого года рождения.
Хару удивился. Он и Тэюн родились в две тысячи третьем. Этому парню, получается…
— Тебе всего четырнадцать? — удивился Тэюн.
Мальчишка улыбнулся и еще раз поклонился. Он был достаточно высоким и выглядел взрослее своего возраста.
— Меня зовут Кан Тэюн, а это мой друг Нам Хару, мы родились в две тысячи третьем, — сказал Хару.
— Вы такой красивый, — выдохнул Джунки, восхищенно пялясь на Хару.
Тот немного смутился. К постоянным комплиментам он так и не привык. К такому восхищению — тем более.
— Нет, что ты! — ответил Хару вместо благодарности. — Ты тоже очень хорошо выглядишь. Такой высокий и всего в четырнадцать лет!
В Корее не принято просто говорить «спасибо» в ответ на комплимент. Самый вежливый вариант — очернить себя, но похвалить собеседники. В крайнем случае — молчать и улыбаться.
Взаимный обмен комплиментами быстро заглох. ДжунКи рассказал, что успел узнать: в помещение будут заходить по пять человек сразу. Сколько их всего сегодня будет — неизвестно.
Минут через пять-десять подошел еще один парень, потом еще один. ДжунКи постучал в дверь и сказал, что их уже пятеро. Но сразу их не запустили: они простояли еще минут десять, за это время их собралось уже восемь человек. Только потом в кабинет зашла женщина со стопкой бумаг и им наконец-то позволили войти.
Кабинет оказался небольшим, немного вытянутым, окна закрыты плотными жалюзи, ярко светят лампы дневного света. Кажется, в обычное время это что-то вроде конференц-зала — есть проектор, кулер с водой, но столы отодвинули в дальнюю часть кабинета, оставив впереди только один, за которым и сидела молодая девушка. Женщина постарше, которую все ждали, стояла у стола.
— Разувайтесь, — строгим тоном приказала она. — Прямо у порога, здесь чисто.
И она, и девушка помоложе были в тапочках. Еще в кабинете располагалась ростовая линейка и весы, современные, какие-то навороченные — с поручнями.
— Вот ты, в черной футболке! — прикрикнула женщина на одного из парней. — Что было не ясного в указании «облегающий верх»? Под этим мешком есть что-нибудь?
Парень испуганно проблеял, что внизу ничего нет. На нем была объемная, мешковатая футболка. Отчетливо было видно, что под ней он — дохляк. Из широких рукавов торчали тоненькие ручки, которые вряд ли знали, что такое физическая нагрузка. Хару и Тэюн пришли в майках, поверх которых накинули рубашки. Судя по всему, так же был одет и малыш Джунки. А вот последний из пришедших отличался заметно накаченным телосложением, чем явно гордился — его футболка плотно обтягивала мышцы.
— Будешь поднимать футболку при измерениях, — сурово добавила женщина Дохляку.
Хару понял, что это с ней он разговаривал по телефону — те же интонации, просто в динамике не было слышно ее раздражения, вот голос и казался приятнее.
— Можете пока сесть, — указала она на пять офисных стульев в стороне. — Я — менеджер Пак. Мы сейчас снимем ваши мерки, затем с нашими измерениями вы пройдете в соседний кабинет, 523, там с вами уже будут разговаривать. Кто в рубашках — снять, носки тоже. На весы вставать босиком.
— Босиком? — в ужасе уточнил «качок».
— Что? Стельки в носки запихнул? — едко поинтересовалась менеджер Пак.
Парень смутился, из чего Хару понял — да, в носках стельки, которые увеличивают рост. Это не совсем стельки, скорее, что-то вроде силиконовой… платформы? В общем, кусочек упругого материала, который парни подкладывают в обувь под пятку, чтобы стать на пару сантиметров выше. Ну, и чтобы ноги визуально казались длиннее
Пока Качок стыдливо стягивал носки вместе со стельками, Хару начал снимать рубашку.
— Ты, в синей рубашке! — тем же командным тоном вызвала его менеджер Пак. — Это тебя Ханбин на улице увидел?
— Да, — Хару привстал и слегка поклонился. — Нам Хару, семнадцать лет.
— Иди сюда, будешь первым. Пока что положи id на стол, чтобы анкету заполнить. Ты пластику делал?
— Нет.
— Точно? Нос, веки — ничего не трогал?
— Ничего не трогал.
Девчонка за столом удивленно на него уставилась. За спиной кто-то удивленно зашептался — наверное, Качок с Дохляком, они вроде знакомы.
Положив документы на стол, Хару босиком прошелся к стойке для измерения роста.
— Метр восемьдесят два! — объявила менеджер Пак.
Потом он встал на весы. Тут женщина уже ничего не объявляла — результаты с умных весов получила девушка за столом на свой телефон и сразу отправила файл на печать. Принтер у них был портативный, совсем маленький. Для документов такой не подходит, но для распечатки параметров — вполне. Затем менеджер Пак сантиметром измерила талию, ширину плеч, обхват бицепса, длину ног от пояса брюк до пола. Потом сфотографировала его на полароид.
— Можно мы вдвоем пойдем? — осторожно спросил Хару, указывая на Тэюна.
Менеджер Пак посмотрела на Хару, потом на Тэюна, но кивнула и вызвала его следующим. Правда, добавила:
— Все равно по пять человек будете заходить. И там, вроде бы, еще не все собрались.
