Говорить сейчас врачу, который все еще был рядом, что-то писал в своем планшете, Антон ничего не стал бы, разумеется. Ну, хотя бы потому, что фраза «Знаете, я не Хару, я Антон» звучит как пароль для быстрого перемещения в психиатрическую лечебницу. А еще, опыт прочитанных книг про попаданцев советует сначала присмотреться к ситуации. Сейчас это кажется вполне логичным решением. В любом случае, корейский школьник — это лучше, чем смерть в самолете. Он же хотел повидать мир, проникнуться другой культурой? Вот, полное погружение в среду, никакой туризм таких впечатлений не обеспечит.
Беспокоила только его девушка. Не сказать, что он так уже безумно и сильно ее любил, хотя всерьез думал о том, что на ней можно жениться. Ну, совместные кредиты, дети, чтобы все как у людей. Если Хару не умер, то и ей так повезло? Всему самолету? Но где-то на грани сознания было ощущение, что нет, она погибла, так подфартило со второй жизнью только ему.
Кроме Киры у него практически никого и нет. Маму он похоронил два года назад — рак. С отцом последний раз виделся года четыре назад, даже не уверен, что тот еще жив, с таким-то количеством спиртного в ежедневном меню. Его тетя и кузина — самые близкие люди после мамы… несмотря на близкие отношения, они его гибель переживут, у них есть, ради чего жить и к чему стремиться. Другая родня… ну, она просто есть. Возможно, соберутся на похоронах, кто-то даже всплакнет из-за того, что умер так рано — и тридцати нет — но потом все просто заживут своей обычной жизнью… Главное, чтобы квартиру не отобрали у тети… кто ж знал, что завещание нужно так рано писать?
Осознание, что его реально беспокоит, кому достанется его квартира, было особенно странным в данный момент времени. Он в этом теле менее часа, а уже абсолютно уверен, что это не галлюцинации, что он реально попаданец и что ему теперь жить как Хару.
Травма, по словам врача, серьезная, но не опасная для жизни. Сотрясение мозга, небольшой отек в затылочной зоне, синяки и ссадины на голове и теле. Ничего не сломано, даже трещины в черепе нет. Но у Антона были некоторые вопросы по поводу того, что с ним произошло. Технически, для того, чтобы его сознание занесло в это тело, прежнее сознание должно было освободить место. Или нет? Антон поглотил личность Хару? Но как он сделал это, даже не заметив? От Хару ведь остались, по сути, воспоминания и… чувства, получается. Логичным было бы, если бы реальный Хару умер, а Антон занял его место. Но для смерти у него незначительные травмы. Или же та сила, которая переместила создание Антона в тело Хару, заодно и немного его подлечила?
В любом случае, Хару выписали из больницы уже на следующее утро. До такси его везли на каталке, дома рекомендовали постельных режим, на осмотр к врачу через пять дней. Дома нужно больше пить воды и есть полезную еду, нельзя резко вставать или ложиться, все нужно делать медленно и осторожно. Но, вообще, ходить он может, просто голова быстро начинает кружиться. Врач сказал, что это пройдет через пару дней. В такой быстрой выписке нет ничего удивительного — тут не принято держать людей в стационаре неделями. Если не нужен специальный уход — отлеживайся дома.
Все больничные счета оплачивали родители Ёну. Все с чеками, заверено в больнице, чтобы, если вдруг… В общем, теперь у Хару, похоже, есть личный охранник, потому что, если что-то с ним случится в школе, то виноват будет Ёну.
Происшествие в школе не было буллингом или чем-то вроде. В некотором роде, Хару сам нарвался, с тем лишь нюансом, что он нарывался на маленький скандальчик, но у кого-то явные проблемы с агрессией и, вместо пары оскорблений, Ёну побежал бить морду. Хару просто не ожидал подобной реакции, поэтому и не смог агрессивное нападение одноклассника встретить достойно.
Всю эту историю стоить начать с того, что семья Хару — бедная. Корея — развитая страна, здесь понятие бедности немного отличается от того, как это понималось на родине Антона. У семьи Нам закрыты все базовые потребности — им есть, где жить, чем питаться, во что одеваться. Но… для Южной Кореи этого недостаточно, чтобы считаться средним классом.
У семьи жилье в собственности, они не арендуют квартиру. Но это «жилье» — маленький частный домик в трущобах. Определение «трущобы» тоже несколько… преувеличено, потому что это просто частный сектор плотной азиатской застройки, а рядом — старые многоквартирные дома. И есть важный нюанс — это район Каннам, с его высотками, особняками и прочими излишествами. Именно из-за этого контраста место жительство семьи Хару и считается малопрестижным. Так сказать — какой город, такие и трущобы.
