После тусовки на квартире я просыпаюсь с туго перехватившей задницу болью, и, попытавшись встать, ощущаю ее усиление и проверяю, что там. С криком боли, смазав слюной все, что доступно, вытаскиваю из своего ануса дилдо. Какая-то тварь, когда я отрубился от бухла, это сделала.
«Какая сука это сделала?»
Но все, кто уже не спит, молчат, и всем плевать, и все тупят взгляд. Я собираюсь, одеваюсь, увлажняю волосы водой и убегаю.
Это все было тогда, я понимаю это, выходя на задний двор, все еще шокированный ярко-оранжевым цветом стен.
Вкус спермы. Опыт. Значение. Это были просто слухи, доказываю я всем, и никто больше не вспоминает про инцидент на тусовке, а я так никогда и не смогу узнать, кто это придумал и сделал, а Леша…
Кто узнал об этом? И каким образом? И почему после инцидента больше никто об этом не заикался?
Я теряю чувство реальности, и стены, рамы здания, его странные, угловатые окна кажется, уже начинают падать на меня, вот-вот рухнут и убьют меня, и меня покачивает, и я пытаюсь пятиться…
Я хочу узнать, что с ним. Зачем? У меня уже есть девушка, и все в порядке. Я выдержал испытание. Что дальше? Я предельно осторожен. Я вспоминаю, как мы с ним сидели и болтали несколько часов и пили вино и смотрели что-то по телевизору перед тем, как… Я спрашиваю только у тех, кто не может ничего выдать, а потом я узнаю, что Лешу нашли…
Я закрываю лицо руками.
Что это?Я отхожу на парковку, пятясь, но стоящие под углом окна мне все также угрожают, и я срываюсь на бег. Влево. Рывком. Отбросив банку в сторону. Я спотыкаюсь о поребрик. Меня встречает высокая трава неподстриженной лужайки. Я пытаюсь дышать ровнее, но сердце колотится слишком резво.
Все это было со мной. Было. Анна живет на Авиаконструкторов. Я знаю. Она тоже училась в «бонче». Мы в связи с этим и познакомились.
Я встаю, стряхиваю что-то со штанов и бреду к метро.
«А ты тоже в «бонче» училась»?
«Да, а ты на каком факультете?
Мы встречаемся, болтаем в кафе, катаемся на каруселях. Крестовский. Мы идем к пристани. Она держится за поручень и говорит, что жутко боится воды, но эта линия горизонта – она ее чарует, и ей хочется сделать шаг туда, в безвестность, в солнечное небо…
Я осторожно прикасаюсь к ней и обнимаю. Она вздрагивает. Я чувствую каждый момент.
Мне стало плевать на это все со временем. Черт, я ведь должен взрослеть, не так ли? Надо перейти на асфальт. Надо запахнуться, начинает надувать. Я хочу пойти домой. Но не хочу ехать. Не хочу толпы и замкнутых пространств. Я иду домой пешком. За мной следит небо.
Ее пальцы перебираются по моему торсу. Спускаются ниже. Я чувствую ее, я люблю ее, как никого. Мы вместе уже целую вечность, но когда расстаемся, вечность становится лишь сладострастным моментом.
«Все стало сложно»
«Я знаю. Я не боюсь. Почему ты такой?»
«Из-за тебя все запуталось»
«Я не верю, что ты это говоришь»
«Я не верю тебе»
«А я тебе верю. Почему ты такой?»
«Я один всегда»
«Я не справлюсь с этим»
