Марьяна с интересом слушала рассказ Галины Анатольевны. У нее даже рот приоткрылся. Собеседница легонько похлопала ее по руке.
— Беги переодеваться, скоро причалим, — сказала она.
«Посейдон» действительно немного изменил курс, видимо, готовясь ко входу в порт.
— Хорошо, только скажите мне, что не так с девочками? — спросила она, но получить ответ не успела. С палубы донесся отчаянный мужской крик, отлично слышный через открытый иллюминатор. Крик повторился, и мимо кают-компании пробежал в сторону рубки матрос Илья.
— Что-то случилось, — встревоженно сказала Галина Анатольевна и потянула Марьяну за руку. — Ну-ка, пойдем, посмотрим.
Они выскочили на палубу как раз вовремя, чтобы увидеть, как, пошатываясь под своей тяжелой ношей, по палубе идет Валентин Озеров. На руках у него, запрокинув голову, лежала Ирина.
— Жива, — проскрежетал Валентин, поймав полный ужаса взгляд Марьяны, — без сознания только.
На портовом пирсе, где пришвартовалась яхта «Посейдон», стояло сразу две машины «Скорой помощи». В одну загрузили черный пластиковый мешок с телом Маргариты Репниной. Бледный Артем с небольшим чемоданом в руках кое-как примостился рядом.
— Остальные вещи забери, — попросил он Елену Михайловну. Та кивнула.
Во вторую машину бригада врачей аккуратно внесла на носилках Ирину. Галина Анатольевна протянула врачу ее документы, найденные в каюте, — паспорт и страховой полис.
— Когда она очнется, как она будет одна в стране, без вещей, без денег? — спросила она у стоящего рядом мрачного капитана.
— Если она очнется, — он сделал упор на слове «если», — то в консульстве ей помогут. Я уже позвонил туда, сообщил о происшествии. Они сейчас пришлют человека за ее вещами.
Беседин тяжело вздохнул, подошел к врачу, готовящемуся сесть в кабину, протянул свою визитную карточку.
— Скажите в больнице, чтобы со мной связались, — коротко бросил он на безупречном английском. — Если появятся дополнительные расходы или что-то окажется не так со страховкой, я оплачу.
Марьяна с восхищением посмотрела на него, Беседин, заметив ее взгляд, снова вздохнул и отвернулся.
— Я могу уже отправиться в город? — капризно спросила Ида.
Выглядела она, как всегда, эффектно. Яркая, броская, с огненной гривой кудрявых волос, струящихся по безупречной спине. Облегающие роскошную фигуру джинсы, легкая шелковая блузка, небольшая сумочка на цепочке, небрежно перекинутая через плечо. Вся эта красота, безусловно, привлекала внимание, но, на вкус Марьяны, была чрезмерной, кричащей, даже вульгарной. Слишком яркие краски и слишком много блеска — так бы она охарактеризовала внешность красавицы, только что легко сбежавшей по трапу.
— Идите, но прошу вернуться к обозначенному мной времени, — сухо сказал капитан. Ида кивнула, что поняла, и танцующей походкой пошла по пирсу.
Ветер развевал ее рыжие волосы, и в душе Марьяны непонятно отчего поселилось смутное нехорошее предчувствие. Чего? Она и сама не знала. Прибыл вызванный Олегом полицейский, пошел осматривать место происшествия и беседовать с капитаном. Одну из спасательных шлюпок, ту самую, где была найдена Ирина, решили не трогать, поэтому Валентин и Илья вдвоем сели на весла во вторую, проследили, чтобы Марьяна, Полина, Тоня и Оля удобно и безопасно разместились на скамеечках, и отчалили от «Посейдона».
Марьяна спохватилась, что так и не выяснила, почему ей нужно было следить за девочками, но спрашивать у Галины Анатольевны было уже поздно. Лодка скользила по гладкой, чуть масляной от топлива поверхности моря, отдаляясь от яхты все дальше и дальше. Что ж, придется справляться самой и действовать по обстоятельствам. Она осторожно, но внимательно осмотрела нежные девичьи лица. Оля была грустна, тиха и подавлена, Тоня радостно возбуждена, видимо, в предвкушении прогулки. Ничего подозрительного в их поведении не было. Или Марьяна неправильно смотрела?
Лодка вышла в открытое море и теперь шла вдоль берега, уверенно направляемая сильными руками гребцов. Марьяна внезапно поймала на себе горящий взгляд Ильи, столь же яростный, как и утром, в коридоре. Внезапно ей стало страшно под этим взглядом, как будто он не сулил лично ей ничего хорошего. Что она знает об этом человеке? Может ли быть уверена, что не он стоит уже за двумя случившимися на яхте преступлениями? Врач, забиравший Ирину, сказал, что ее ударили по голове чем-то тяжелым. А что, если именно Ирина провела ночь с матросом в шестой каюте? А что, если это он — не тот человек, за которого себя выдает, и женщина решила вывести его на чистую воду? Может, это он ударил ее по голове и сгрузил тело в одну из лодок? Тогда зачем он сам предложил морскую прогулку?
